Пятьдесят оттенков темного

 — Когда сестра в центре внимания гостей, она упивается своей игрой, а не пересчитывает, сколько человек ею любуется. Ей нравится быть душой компании.

— По-моему, вы к ней слишком строги! Она вовсе не так тщеславна, как того можно было ожидать от богини секса, — заметила Харриет.

— А ты оказалась значительно красивее, чем я предполагал, — сказал Крис, присаживаясь на скамейку.

Харриет слегка отодвинулась: ей не нравился его интимный тон. У нее еще не поблекли воспоминания о том, как он обращался с Ровеной в спальне.

— Ты всегда была такой красивой? — не унимался Крис.

Харриет едва не рассмеялась, однако в облике Криса ощущалась скрытая угроза, и она сочла благоразумным ответить ему иначе.

— Да, с самого рождения, — с серьезным видом сказала она. — Один из врачей даже спросил у матери, нельзя ли ему посвататься ко мне, когда мне исполнится восемнадцать лет.

— Ты знаешь, что красива, не так ли? — спросил Крис.

— По-моему, вы слишком много выпили. — Харриет еще немного отодвинулась от него.

Он положил ладонь ей на колено. Она оцепенела.

— Ровена — стерва. Она заманивает людей красотой, и они не могут освободиться от ее чар. Ты ведь так не поступаешь?

— Не знаю! Пока еще я никого не околдовала.

— Это не шутка — оказаться в зависимости от кого-то. В конце концов начинаешь презирать себя за слабость, но это ничего не меняет.

Харриет понимала, что ей нельзя показывать, что она осведомлена об интимной связи брата и сестры, и возразила:

— Почему бы вам не жениться и не уйти от сестры, если она вас притесняет и затмевает своей славой? Что вам мешает? Живите собственной жизнью и оставьте Ровену в покое.

— Я в ней нуждаюсь! — с горечью воскликнул Крис. — Мы не можем жить друг без друга. Порой мне кажется, что освободит нас только смерть.

Он сжал ей колено и обнял другой рукой за плечи.

— Известно ли тебе, что такое наваждение? Испытывала ли ты когда-нибудь потребность в другом человеке?

Харриет могла бы ответить, что ей нужен Льюис, но даже если бы ему и захотелось к ней сюда прийти, этому мешал пьяный Крис.

— Нет!

— По-моему, ты лукавишь! — тихо сказал Крис и погладил ее по шее.

Харриет вскочила и сердито сказала:

— Пожалуй, я пойду в дом.

— Почему же? — Крис удивленно вскинул бровь.

— Потому, что мне стало лучше.

— Льюис не будет по тебе скучать, он занят с Маритой. Она очаровательна, не правда ли? И как раз во вкусе Льюиса.