— Стоило вас предупредить о визите. С молодости имею не очень хорошую привычку устраивать сюрпризы — как приятные, так и неприятные... Но я с этим борюсь.
— Надеюсь, в моем случае, сюрприз будет приятным? Если я вчера правильно понял Верховцева...
— Все верно, — улыбнулся Бестужев. — Все обвинения с вас сняты.
— В таком случае, прошу завтракать со мной, — я обвел рукой стол. — После ваших слов аппетит у меня разыгрался еще сильнее. Не знаю, что вы предпочитаете на завтрак, но учитывая обстоятельства...
— Да ну бросьте, виконт, какие к черту предпочтения? С удовольствием, составлю вам компанию.
Я торопился, так что даже кофе толком не попил.
Глава тайной канцелярии взял кусок свежего хлеба, щедро намазал его сливочным маслом, водрузил сверху несколько ломтиков нежной ветчины и одним махом проглотил половину бутерброда. Вторым заходом окончательно с ним расправился. Хах, видимо и в самом деле Кощей проголодался..."
"Я улыбнулся и принялся сооружать свой бутерброд. Не знаю почему, но я всегда испытывал симпатию к людям, которые едят с таким вот удовольствием.
Почему-то они подсознательно вызывали у меня доверие.
— Между прочим, я к вам по приказу Николай Александровича прямо с утра пожаловал, — сказал он, запив бутерброд горячим кофе. — Должен сказать, что Император выразил досаду по поводу случившегося, поэтому я даже выспаться вам не дал.
Ну да, досада это единственное, что мог сказать по этому поводу Романов, так как он здесь точно ни при чем.
Не могу сказать, что после этих слов мне стало как-то по-особенному торжественно от того, что Романов таким образом извинился, но хоть так.
.. Его сожаления на этот счет тоже имели свою ценность, это значит, что в его расположении ко мне ничего не изменилось.
При следующем визите к нему нужно будет попытаться этим воспользоваться. Я надеюсь, мне еще представится такая возможность — не последний же раз он меня во дворец приглашал?
Хотя, не будем торопиться. Если на горизонте появятся еще какие-нибудь гниды с очередной идеей обвинить меня в том, чего я не делал, то еще неизвестно, что из этого выйдет.
Передавить бы их всех, да вот только что-то не получается — я их давлю, а они все появляются и появляются...
— Передавайте Николаю Александровичу мои самые теплые пожелания, очень рад, что он решил разобраться в этом деле, — сказал я ему в ответ.
— Я думаю, у вас представится такая возможность, — ответил Бестужев, сооружая себе новый бутерброд, который получался у него в два раза выше прежнего.
