Я следила за тем, как он быстро скользит по льду и в считанные секунды преодолевает расстояние от одной синей линии к противоположной. И, боже, он был быстр. Чертовски быстр. Очевидно, что он не растерял свою форму с тех пор, как «бросил» хоккей. Они все по очереди проделали это упражнение, а затем, выстроившись в ряд, поехали вдоль стенок. На этот раз не спеша. Леша был первым, другие катились следом за ним.
Он поднял голову и наши глаза встретились. Обернувшись, он что-то сказал парню позади себя, а затем подъехал к моему бортику.
— Ты уже закончила?
— Да.
— Я не подумал, что ты можешь раньше закончить, — нахмурился парень. — У нас сейчас заминка минут пятнадцать, еще столько же на то, чтобы переодеться. Подождешь меня?
— Если ты все еще хочешь меня подвезти.
Леша выдохнул и покачал головой.
— Конечно, я этого хочу. Я уже тебе это говорил. А теперь иди и подожди меня в фойе, там не так холодно. Не хочу, чтобы ты замерзла.
Легкий смешок сорвался с моих губ.
— Беспокоишься обо мне?
— Скорее о себе. Если твой брат узнает, что из-за меня ты осталась без своих конечностей, меня похоронят.
— Это произойдет в любом случае, какая разница — рано или поздно, — я пожала плечами.
Широкая улыбка расползлась по прекрасному лицу.
— Злюка, — сказал он и, стремительно развернувшись, вернулся на свое место в строю.
Возможно, мне здесь было не место. Я не имела права наблюдать за чужой тренировкой. Папа рассказывал, что на тренировки никто не допускается, кроме тренеров и игроков.
Это может быть опасно, особенно если тренер озвучивает стратегию на игру и формирует пятерки. Наверное, в любительском хоккее все не так серьезно, как в профессиональном, иначе кто-нибудь меня бы уже отсюда вышвырнул. Но вместо этого я села на ближайшее место и продолжила наблюдать за тем, как Алексей завершает свою тренировку.
Алексей
Я не мог перестать думать о том, что она сидит на трибунах, наблюдая за тем, как я завершаю свою тренировку.
Сердце гулко колотилось в моей груди и я знал, что это потому что она смотрит. Ни одна физическая нагрузка не смогла бы подействовать на меня таким образом. Только она."
"Ее маленькая фигура среди пустых трибун казалась такой хрупкой. Заканчивая заминку, я неотрывно наблюдал за ней. Вот ей стало прохладно и она надела свой пуховик и ее волосы красивым водопадом рассыпались по плечам.
