– Мне очень жаль, что я не смог помочь, но никто из вас не имеет права осуждать меня, – добавил Адриан. В голосе его звучала такая убежденность, какой прежде никто не замечал. – Это моя жизнь, и никакие ваши слова не заставят меня передумать – разве что Ее величество своей королевской властью велит мне перестать принимать таблетки.
Лисса побледнела.
– Конечно, нет.
Затем воцарилась суматоха.
Я держалась в стороне от остальных, и, к счастью, на меня уже не обращали внимания. Вся компания всецело сосредоточилась на Адриане.
Соня с Лиссой извинились, а Шарлотта приставала к нему с расспросами. Адриан снова с болью посмотрел на меня, и мне пришлось отвести взгляд, потому что я сама пребывала в полнейшем замешательстве."
"Ночь текла, и постепенно стало ясно, что Адриана не собираются отпускать в обозримом будущем. Пользователи духа желали досконально разузнать всю правду о таблетках. Остальные спорили, что дальше делать с Нейлом. Я уже сыграла свою роль, и когда изнеможение начало одолевать меня, я выскользнула из комнаты и отправилась спать.
Отъезд назначили на завтра, на вторую половину дня, так что сейчас я никому не понадоблюсь. Одно было хорошо в этом скорректированном расписании: я измучилась, и мое тело не давало разуму кипеть вопросами. А их-то у меня скопилось великое множество. Мне нужно было понять того, прежнего Адриана – и нынешнего Адриана, которого я любила. И еще мне следовало сообразить, почему он не сказал мне, что принял вызов и бесстрашно принял назначение врача.
Слезы скопились в уголках глаз и даже замерзли. Я остановилась на дорожке, обсаженной декоративными деревьями, и принялась вытирать лицо.
– Эй, что случилось?
При звуках незнакомого голоса я вскинула голову. Хотя нет, не совсем незнакомого. Из-за деревьев возник молодой мужчина, секунду спустя к нему присоединился второй. Уставшая и издерганная, я не сразу узнала их. Потом я сообразила, что это были друзья Адриана – бывшие приятели – из кафе.
Я напряглась. Сонливость с меня как рукой сняло.
Зато появился испуг.
– Ты Сидни, да? – произнес первый парень. – Я…
– Уэсли, – сказала я. – Я помню.
– Правда? Отлично! Тогда ты наверняка и Ларса помнишь.
Тусклый свет фонаря, проходя сквозь ветви дерева, осветил лицо Ларса. Тот улыбнулся – дружески, как, вероятно, казалось ему. Я моментально догадалась, что он пьян – так же, как и вчера.
