Пламя и кровь. Кровь драконов

Верный этой мысли, король выслал вперед не рыцарей с латниками, а глашатаев. «Говорите всем встречным и поперечным о доброте Алисанны, о ласковом ее нраве, о любви ее ко всем своим людям, великим и малым», – напутствовал их Джейехерис.

Глашатаев было семеро, трое мужчин и четыре женщины. Оружие им заменяли ум, язык и отвага. Об их подвиге сложили легенды, обросшие со временем новыми подробностями, как это водится у легенд. Раньше народ знал из этих семерых лишь одну, королеву Элинор, нашедшую Мейегора мертвым на троне.

В королевских одеждах, которые сильно поизносились в пути, Элинор из дома Костейнов шла по Простору, рассказывая о злых деяниях прежнего короля и о доброте его молодых преемников. Позже она, отказавшись от всех привилегий знатного происхождения, стала матерью Элинор, настоятельницей материнского дома в Ланниспорте.

Имена шести других сделались со временем не менее знаменитыми. Три септона прославились как хитроумный Балдрик, ученый Ролло и неистовый старый Альфин, который давно обезножел и передвигался в носилках.

Септу Изабель переманила на свою сторону Алисанна. Маленькая септа Виоланта была целительницей и творила, как говорят, чудеса. Из Долины пришла мать Марис, воспитавшая несколько поколений девочек-сирот в островной обители близ Чаячьего города.

Семь Глашатаев, странствуя повсюду, говорили о благочестии королевы, о ее щедрости, о великой ее любви к брату и мужу своему, королю. Для септонов, лордов и рыцарей, думающих иначе и приводящих им отрывки из Семиконечной Звезды, у Глашатаев имелся наготове ответ, которым снабдил их сам король Джейехерис при содействии септонов Освика и особенно Барта.

Позже и Цитадель, и Звездная септа назвали этот постулат доктриной особости.

«Нас всех создал один бог, – вещал Альфин с носилок, – и андалов, и валирийцев, и Первых Людей… но сотворил он всех разными. Возьмем льва и зубра, тоже созданных им. Оба эти зверя благородны, но наделены разными качествами. Лев не может жить как зубр, а зубр – как лев.

Для тебя, сир, было бы смертным грехом переспать с сестрой, но в нас с тобой не течет кровь дракона. Они поступают так, как поступали всегда, и мы не вправе судить их».

Легенда гласит, будто в одной деревушке здоровенный межевой рыцарь, бывший Честный Бедняк, спросил Балдрика: «Ну а мне ты позволишь с сестрицей лечь?» «Попробуй сперва сесть на дракона, сир, – ответил ему хитроумный септон. – Если получится, я сам поженю вас с сестрой».