Пламя и кровь. Кровь драконов

Как расходятся круги от брошенного в пруд камня, так зло, содеянное Андроу, расходилось по всей стране и ломало чьи-то жизни уже после того, как драконы пожрали его дымящийся труп.

Первая волна дала о себе знать на королевском совете, когда Дейемон Веларион пожелал уйти в отставку с поста десницы. Напомним, что королева Алисса приходилась ему сестрой, а племянница Лианна была в числе отравленных на Драконьем Камне. Некоторые полагали, что его побудило к этому соперничество с Манфридом Редвином, ставшим лордом-адмиралом вместо него, но такой мотив представляется слишком мелким для мужа, долго и честно служившего дому Таргариенов.

Поверим его милости, сославшемуся на преклонные лета и желание провести остаток дней на Дрифтмарке со своими детьми и внуками.

Сначала король хотел найти замену лорду Велариону среди членов совета. И Альбин Масси, и септон Барт, и Рего Драз успели показать свои способности и заслужить его благодарность, но каждый из них отчего-нибудь не годился. Септона Барта подозревали в том, что Звездную септу он ставит выше Железного Трона, притом великие лорды остались бы недовольны, увидев сына кузнеца на месте десницы.

Рего Драз был язычником, пентошийцем и выскочкой, по рождению еще ниже Барта. Лорд Альбин, хромой и сгорбленный, был очень уж страшен с виду. «Меня непременно сочтут злодеем, – сказал он сам королю, – лучше мне остаться в тени».

О возвращении Робара Баратеона или кого-то из бывших десниц Мейегора не могло быть и речи. Лорд Талли за всю свою службу во время регентства ничем не блеснул.

Родрик Аррен стал лордом Орлиного Гнезда в десять лет после гибели дяди, лорда Дарнольда, и отца, сира Раймонда (они предприняли неосмотрительную вылазку в Лунные горы, где их убили дикие племена). С Доннелом Хайтауэром Джейехерис достиг согласия лишь недавно и доверял ему не более, чем Лиману Ланнистеру. Бертранд Тирелл, лорд Хайгардена, слыл пьяницей с множеством незаконных сыновей, бесчинства которых осрамили бы короля. Упрямому и суровому Аларику Старку было самое место у себя в Винтерфелле, а тащить в столицу железного лорда никто бы и подавно не стал.

Отвергнув таким образом всех великих лордов, король перешел к их знаменосцам. Он рассуждал так: желательно, чтобы десницей при молодом короле состоял человек пожилой и притом опытный воин (ибо книжников в совете и так хватает); его боевая слава будет отпугивать врагов Железного Трона. Перебрав с дюжину имен, Джейехерис остановился на Милсе Смолвуде, лорде Желудей в речных землях.