Пламя и кровь. Кровь драконов

У принца Бейелона после женитьбы улыбка не сходила с лица. Если они с Алиссой не летали, то проводили время вдвоем, большей частью в опочивальне. Бейелон был страстным мужем, и крики удовольствия, что слышались в Красном Замке в их брачную ночь, раздавались и много ночей спустя. Стоит ли удивляться, что Алисса вскорости понесла и в 77 году подарила своему принцу сына, получившего имя Визерис. Септон Барт описывал его как «славного пухленького мальчика, который смеялся больше, чем все известные мне младенцы, и выпивал свою кормилицу досуха».

Мать, не слушая ничьих советов, привязала девятидневного младенца в свивальнике ремнями к груди, поднялась с ним в небо и после клялась, что он хохотал всю дорогу.

Семнадцатилетним беременность и роды даются легко, но у сорокалетней Алисанны, узнавшей, что она вновь беременна, к радости примешивалась немалая доля тревоги. В 77 году, после еще одних трудных родов, уложивших королеву в постель на полгода, на свет появился Валерион, маленький и хилый, как его брат Гейемон четыре года назад.

Ему сменили полдюжины кормилиц, но он, так и не окрепнув, умер в 78 году за две недели до первых своих именин. Королева приняла его кончину с покорностью. «Мне уже сорок два, – сказала она королю. – Довольствуйся теми детьми, которых я тебе родила. Боюсь, что теперь я способна быть только бабушкой».

Джейехерис не разделял ее мнения. «Наша мать, королева Алисса, родила Джослин в сорок шесть, – сказал он великому мейстеру. – Думаю, боги еще не покончили с нами».

Так и вышло. На следующий же год Элизар сказал Алисанне, к удивлению ее и испугу, что она вновь станет матерью, и в 80 году, сорока четырех лет, она родила принцессу Вейель. Девочка получила прозвище Зимнее Дитя за то, что родилась в холода (а возможно, и потому, что была последышем, рожденным на склоне женских лет своей матери). Элизар решил, что не даст маленькой хрупкой девочке разделить участь Гейемона и Валериона. С помощью септы Лиры, не отходившей от младенца ни днем ни ночью, он помог принцессе пережить самый трудный первый год и с известной уверенностью ручался, что она и дальше будет жива.

Алисанна, отпраздновав годовые именины дочери, возблагодарила богов.

Благодарна она была и за то, что в том году наконец нашла жениха своему восьмому ребенку, принцессе Дейелле. Плаксивая девочка представляла трудность совсем иного рода, чем благополучно пристроенный Вейегон. «Мой цветочек», – называла ее королева.