Пламя и кровь. Пляска смерти

Невесте было шестнадцать, жениху около семнадцати.

Некоторые из регентов в гневе требовали, чтобы десница обратился к верховному септону с просьбой признать этот брак недействительным, но сам сир Тайленд считал, что лучше всё оставить как есть: как-никак шальная девчонка теперь пристроена. Он благоразумно распустил слух, что брак состоялся с ведома короля и совета. «У мальчика в жилах течет благородная кровь, – говорил он регентам, – и можно не сомневаться, что он окажется столь же верным, как его брат». Уязвленную гордость Таддеуша Рована успокоили, отдав ему руку четырнадцатилетней Флорис Баратеон, слывшей самой красивой из «четырех девиц-штормовиц», дочерей лорда Борроса.

Ничего штормового во Флорис, однако, не было: милая кокетка, она умерла родами два года спустя. Истинно штормовой оказалась с годами пара, соединившаяся священными узами на Драконьем Камне.

Полночный побег Бейелы усугубил сомнения, которые регенты питали на ее счет. «Девица, показавшая себя, как мы того опасались, непокорной, беспутной и своевольной, – говорил сир Вилис Фелл, – связалась вдобавок с бастардом лорда Велариона.

Неужто нашим принцем-консортом станет отродье змея и мыши?» Все сошлись на том, что Бейелу нельзя объявлять наследницей Эйегона. «Это должна быть Рейена, но лишь после замужества», – подытожил лорд Моутон.

На сей раз, по настоянию сира Тайленда, в обсуждении возможных супругов участвовала и будущая невеста. Рейена в отличие от упрямицы-сестры подошла к этому с отрадной уступчивостью.

«Лишь бы он был достаточно молод, чтобы дать мне детей, – сказала она, – и не столь тяжел, чтобы меня раздавить. Я готова полюбить всякого доброго и благородного человека». На вопрос сира Тайленда, есть ли у нее предпочтения среди лордов и рыцарей, она призналась, что ей «особенно по сердцу» сир Корвин Корбрей, с коим она познакомилась еще в Долине у леди Аррен.

Выбор, прямо скажем, оставлял желать лучшего: зрелый муж тридцати двух лет, второй сын, имеющий двух дочерей от первого брака.

Но происходил сир Корвин из древнего, с безупречной репутацией дома и был столь прославленным рыцарем, что покойный лорд-отец вручил ему фамильный валирийский клинок Покинутая. К тому же он доводился братом лорду Леовину, Хранителю Государства, что в корне пресекало всякие возражения. После двухнедельной помолвки Рейену и Корвина поженили. Десница возражал против такой поспешности, но регенты настаивали, что лучше поторопиться: вдруг Бейела уже успела зачать дитя.