Пламя и цветок

— Что это ты делаешь? — поинтересовался он. Хэзер рассмеялась и погрузила мочалку в воду.

— Я ставлю вам клеймо, милорд.

Брэндон так тряхнул головой, что обдал Хэзер брызгами, и она вновь рассмеялась. Отступив подальше, она бросила мужу мочалку и с удивлением увидела, что Брэндон выбирается из ванны и идет к ней, весь мокрый и покрытый пеной.

— Брэндон, что вы делаете? — весело воскликнула она. — Немедленно возвращайтесь в ванну!

Она бросилась было прочь, но Брэндон поймал ее и понес к ванне. Хэзер смеялась, радуясь игре, пока Брэндон не сделал вид, что хочет опустить ее в воду.

Хэзер вскрикнула и обняла его за шею.

— Брэндон, не смейте! Этого я вам никогда не прощу! Брэндон улыбнулся.

— Дорогая, мне показалось, что тебе нравится мое купание и ты не прочь присоединиться.

— Пустите меня, — потребовала Хэзер шутливо. — И немедленно!

— А, так вот в чем дело, мадам: вам нравится только мыть мужчинам спины, не так ли? — спросил он, поблескивая глазами.

Брэндон осторожно поставил ее на ноги и усмехнулся, видя, как Хэзер оглядывает промокшее платье.

— О, Брэндон, вы невозможный! Смотрите, что вы натворили!

Брэндон со смехом вновь притянул ее к себе, заключая в мокрые объятия и проводя рукой по округлому животу.

— Не буду отпираться, дорогая. Но неужели ты все еще сердишься? — насмешливо спросил он. — Неужели не простила меня за восемь месяцев?

— Я говорила о платье! — уточнила Хэзер. — Посмотрите, оно все промокло, и теперь мне придется переодеваться. Помогите мне расстегнуть платье, мне бы не хотелось снова просить Мэри.

— Снова? — повторил он.

— Не важно, — торопливо сказала Хэзер. — Просто расстегните мне платье.

Брэндон выполнил ее просьбу и вновь занял свое место в ванне. Хэзер повернулась к нему, придерживая платье на плечах.

— Спасибо. — Она улыбнулась и, прежде чем выйти, склонилась и поцеловала его в щеку.

Место на щеке, к которому прикоснулись губы Хэзер, еще горело, когда Брэндон остался один, и больше ему не удалось расслабиться и насладиться теплом ванны.

Движение в соседней комнате привлекло его внимание, и Брэндон увидел в высоком зеркале, как Хэзер снимает платье. Он испытал внезапное и неудержимое желание позвать ее сюда, попросить сегодня лечь с ним в постель и позволить обнять ее, просто обнять, и ничего более, как муж обнимает жену, которой вот-вот предстоит родить их первенца. Но тут же он вспомнил: Хэзер и прежде бывала добра к нему, однако не стремилась разделить с ним ложе.