Пламя и цветок

 — А вы, мисс Замарашка, не поднимайте ничего тяжелее вот этой тарелки, понятно? — Он извлек из бочки блюдо и поднес его Хэзер, как зеркало.

Хэзер послушно кивнула и попыталась вытереть копоть передником.

— Ну вот, теперь все только размазалось. Дай-ка мне. — Он поднял подол ее передника и осторожно стер с подбородка Хэзер черное пятно. — А теперь веди себя как следует, — пригрозил он, — или я отошлю тебя домой, от греха подальше.

— Да, сэр, — послушно пробормотала Хэзер, опустив глаза под взглядом Брэндона.

Теперь, когда у Хэзер появилось занятие, она не замечала ничего вокруг. Брэндон и Джордж все утро провели за чисткой колодца, Джефф продолжил поиски в хижинах и привез к дому немало хорошей мебели. Перед ленчем Хетти объявила, что верхний этаж дома приведен в порядок и готов к приему жильцов, а фасад дома засверкал от свежей белой краски. На время все прервали работу, принесли из фургона корзины и собрались перекусить. После еды почти все разбрелись отдохнуть, выбрав место по собственному вкусу.

Под высокую сосну вынесли матрас для Хэзер, и Брэндон присоединился к ней. Джефф устроился неподалеку, прислонившись спиной к старому сундуку и глядя на них насмешливыми глазами.

— Я уж было думал, что у вас обоих взаимное отвращение к общему ложу, — заметил он. — Хотя не могу себе представить, каким тогда образом Хэзер оказалась в нынешнем положении. Конечно, для этого хватит и одной ночи, верно? Вот тогда-то она и попалась.

Хэзер молча обменялась взглядом с мужем, Брэндон слегка пожал плечами и приподнял бровь, с упреком глядя на брата, но Джефф только улыбнулся.

Он улегся на спину и прикрыл глаза.

День был не менее хлопотливым, чем утро. Нижний этаж дома был вычищен до блеска, хотя на первый взгляд эта задача казалась невыполнимой. Комнаты наполнил запах елового мыла, все вещи сверкали безупречной чистотой.

Хэзер с облегчением почувствовала, что дневная суматоха подходит к концу. Она смертельно устала, с ног до головы пропиталась липким потом и теперь была ничуть не похожа на хозяйку большого дома.

Длинные пряди черных волос выбились из-под косынки, капельки пота виднелись на груди в вырезе платья, когда Хэзер расстегнула верхнюю пуговицу лифа, чтобы немного остыть.

С тех пор как в дом внесли мебель, из мужчин там был только Брэндон — оставшаяся работа была предназначена для женских рук. Служанки застилали постели, мыли посуду и расставляли ее в шкафы.