Пламя и цветок

Женщины собирались в кружки, не переставая вышивать, в то время как мужья производили дегустацию и не могли решить, чей эль лучше.

После полудня общее внимание привлекла Сибил Скотт. Она появилась в роскошном платье с глубоким до неприличия вырезом в сопровождении тучного пожилого торговца, истинные намерения которого сразу же стали понятны всем, кроме Сибил. Сама же девушка хихикала в ответ на его любезности, ошеломленная неожиданным поклонником и отсутствием рядом матери.

У Хэзер расширились глаза, когда она увидела прежде сдержанную девушку нелепо хихикающей и флиртующей со своим спутником.

Сибил отстраняла его руки явно в притворном сопротивлении. Сидя неподалеку, миссис Кларк выразила свое негодование, громко фыркнув и ударив зонтиком о землю.

— Меранда Скотт еще пожалеет о том дне, когда дала дочери свободу. Все кончится тем, что сердце бедной девушки будет разбито. Он покупает ей дорогую одежду, заваливает подарками, но не дает никаких обещаний. Сибил слишком долго просидела под крылом матери, чтобы научиться вести себя с мужчинами, в особенности с такими, как этот.

Бедняжка, ей недостает полезного совета!

— Она казалась мне прежде такой робкой, — пробормотала Хэзер, смущенная переменой в Сибил.

— Дорогая моя, Сибил отнюдь не молода, — заметила миссис Фэрчайлд. — И похоже, совсем забыла о робости.

Миссис Кларк печально покачала головой.

— Очевидно, с тех пор как она упустила Бирмингема, Меранда махнула на нее рукой.

Она взглянула на Хэзер, которая даже теперь, в последние недели беременности, была удивительно красива.

На Хэзер было платье из светло-голубого органди с рюшами у ворота и на рукавах, ее волосы спадали на спину каскадом мягких локонов, перехваченных узкой голубой лентой. Даже сейчас многие завидовали ей.

Дама продолжала, обращаясь к Хэзер:

— Должно быть, ты уже поняла, что Сибил положила глаз на твоего мужа — хотя, убей, не понимаю, на что она надеялась, бедняжка. Он редко удостаивал взглядом даже самых хорошеньких из наших девушек, а потом, у него была Луиза, которая, должна признать, красивая женщина.

И все-таки Сибил чего-то ждала и надеялась, но как только увидела тебя, поняла, что все ее надежды обратились в прах. Жаль, что Меранда побуждала ее верить в успех с Брэндоном: он даже не помнил о существовании бедняжки! — Кивнув в сторону Сибил, она сердито добавила: — Это вина Меранды. Сейчас она сидит дома и проклинает Брэндона, позабыв о собственной дочери.