Пламя и цветок

Поцелуй меня, как положено любовнице, — на большее мне не хватит времени.

Хэзер с облегчением вздохнула, услышав, что Брэндон не сможет предаться излюбленному занятию. Она поняла, что лучше не вызывать у Брэндона каких-либо подозрений. Решительно повернувшись, она обняла его за шею и притянула к себе. Брэндон приподнял бровь, удивившись новой смене ее настроения, и Хэзер поспешно прижалась к его рту теплыми, влажными губами, изображая продолжительный и страстный поцелуй.

Брэндон ощутил сладкий вкус ее губ, возбуждающую близость ее тела, и все разумные мысли вылетели у него из головы.

Обняв Хэзер, он прижал ее к себе, наслаждаясь ее неожиданной покорностью. Все его существо требовало большего. Эта девушка была слишком соблазнительной, ее губы — слишком теплыми, а тело вызывало неукротимое желание. Мысль об отъезде вызвала у Брэндона досаду.

— Вряд ли я смогу куда-нибудь отправиться после такого поцелуя, — хрипло заметил он, с усилием отстраняясь от Хэзер.

Она покраснела. Поцелуй привел ее в изумление: оказалось, что это не столь отвратительное занятие.

— Теперь придется задержаться с отъездом. Эти тесные бриджи не оставляют простора воображению, — усмехнулся Брэндон.

Хэзер невинно опустила глаза и внезапно почувствовала сожаление. Покраснев еще больше, она отвернулась, едва подавив восклицание.

Брэндон усмехнулся, задумчиво вздохнул и стал одеваться, бормоча: — Будь у меня время, мадам…

Хэзер принялась собирать со стола грязную посуду, проклиная Брэндона последними словами.

Она решила, что этот человек не просто отвратителен, он совершенно невыносим.

Брэндон покончил с одеждой, когда Хэзер раздраженно обернулась к нему. При всей своей ненависти она не могла не признать, что перед ней поразительно красивый мужчина. Его одежда была сшита по последней моде и подчеркивала его высокую, широкоплечую фигуру. Бриджи облегали ноги, как вторая кожа, и не скрывали ни одного из достоинств.

«Он так хорош, что, вероятно, женщинам приходится бороться за право остаться с ним», — с горечью подумала Хэзер.

Шагнув вперед, Брэндон в небрежной, но собственнической и интимной манере запечатлел на ее губах легкий поцелуй и провел ладонью по спине.

— Я скоро вернусь, дорогая, — улыбнулся он.

Хэзер едва сдержалась, чтобы не завизжать от ярости. Она следила, как Брэндон удаляется, слишком погруженный в свои мысли, чтобы заметить выражение ее лица. Дверь закрылась, послышался щелчок ключа в замке.