Пламя на снегу

Я не собираюсь совать пальцы дракону в глаз! Может, ну их эти линзы? Ну узнают все, что ты не человек...

— Да это всё равно что табличку повесить, — пробормотал Киан, вновь нависая над зеркалом. — Проще слетать в империю и сразу подраться с твоей роднёй. И то, мне кажется, дольше получится, пока мы друг друга ищем, а так им сразу доложат.

Вздох у меня получился очень тяжёлый. Однако в этот раз удача нам улыбнулась, и мой муж торжественно заявил:

Полагаю, это должен был быть вопль радости, но выражал он совсем другое.

Ко всему прочему, из правого глаза, осчастливленного линзой, буквально градом текли слёзы. Крупные капли без остановки катились по мужественному — и обалдевшему от такого поворота — лицу дракона.

— Это так каждый раз будет? — возмутился мой супруг, но артефактор быстро его успокоил:

— Нет, скоро привыкнешь. И недели не пройдёт!

— Кошмар какой, - пожаловался Киан. - Последний раз я плакал в пять лет, когда разбил нос.

— Больно было? — сочувственно спросила я, но муж только отмахнулся:

— Да не себе.

Я разбил нос соклановцу, и меня сильно отругали. Обидно было. Он ведь сам напросился, - просветил меня Киан, а затем проворчал: - Я, наверное, первый в мире рыдающий взрослый дракон.

— Ты самый лучший дракон на свете! — заверила я, порывисто обнимая своего мужа. — Как же мне с тобой повезло!

Мои слова подействовали словно волшебное заклинание. Вставлял вторую линзу Киан дольше, но с большим задором. А потом ещё минут десять плакал в оба глаза, принимая от меня искреннюю похвалу.

Когда слёзы, наконец, успокоились, Том ещё раз повторил нам порядок снятия и одевания линз и строго спросил:

— Всё запомнили? Зелья не перепутаете? Леди Лорелея?

Я не понимала, почему он обращается ко мне. Были подозрения, что Киан ему всё равно правду не скажет, поэтому он и предпочёл допрашивать более честного собеседника.

— Сначала мёртвая вода на всю ночь, потом живая на пять минут, - отважно выдохнула я, ткнув по очереди в красный и белый флакон.

Однако меня не поняли.

— Какая ещё мёртвая вода? — опешил артефактор.

— Ну, как в сказке, — объяснила я свою логику. — Там сперва разрубленного человека поливали мёртвой водой, чтобы он сросся, а потом живой, чтобы ожил.

— Какие в империи добрые сказки, буркнул Том, но согласился: — Да, примерно так. Ну что, собрали всё ив путь?

Без шубки, правда, артефактор меня за порог не выпустил — заставил Киана сбегать и достать из наших вещей что-нибудь тёплое.