Пламя на снегу

Приподнял ногу и бережно, волнующе прикоснулся губами к щиколотке.

— Киа-ан, — вздохнула я, едва удерживая равновесие. От дразнящих прикосновений кружилась голова и путались мысли.

Хмыкнув, он отпустил одну ногу и принялся оголять вторую. Не прошло и минуты, как я оказалась перед ним абсолютно обнажённой, а дракон даже ни одной пуговицы на рубашке не расстегнул. Я потянулась исправить несправедливость, но муж попросил:

— Погоди, — и, достав откуда-то гребни, бережно перебирая мои волосы, заколол их так, чтобы ни одна прядь не падала на плечи.

Недовольно покачав головой, я поморщила носик, но спорить не стала. Спустилась по небольшой лесенке вниз и встала под прохладную струю. Присев, окунулась в бассейн по плечи и стала медленно наблюдать, как Киан раздевается сам. Стягивает с накачанного внушительного торса рубашку. Затем снимает брюки и нижнее бельё. И вроде бы делал дракон всё совершенно естественно, привычно, не в первый раз, а меня охватило предвкушение.

Киан тем временем повесил наши кулоны на большую малахитовую стелу с длинной гравировкой, которую со своего места я не могла рассмотреть. А затем скользнул в воду на противоположном конце чаши. Ополоснулся слегка под струёй, дразня меня перекатами своих манящих мускулов, и направился мне навстречу. Не спрашивая ничего, я встала и повторила его движения. Мы встретились у стелы на середине. Замерли в полушаге друг от друга, глядя прямо в глаза.

— Нам нужно повторить слова клятвы, — указал Киан лёгким кивком на гравировку.

— Вместе? — уточнила я, не зная, получится ли.

— Давай попробуем, — хмыкнул он и начал, а я подхватила.

И удивительно в унисон, словно мы репетировали по меньшей мере с десяток раз, под сводом храмового зала разносились наши голоса:

— Мы обещаем друг другу быть любящими друзьями и партнёрами в браке. Клянёмся слушать друг друга, доверять и ценить, уважать и беречь. Делиться надеждами, мыслями и мечтами.

— Я обещаю тебе дать все лучшее, что у меня есть, и просить у тебя не больше, чем ты можешь мне дать, - торжественно зачитал Кизн, а я замолчала, сообразив, что слова разделились.

— Я обещаю принимать тебя таким, какой ты есть, быть открытой тебе, делиться с тобой своими внутренними страхами и чувствами, секретами и мечтами, — озвучила я слова, предназначенные для жены.