Пламя у границ империи

Или тупо сменить гражданство. Периодически один из Великих Домов предпринимал попытки подмять финансовую империю АДБ, но финансист неизменно выходил сухим из воды. Поговаривают, не без помощи Ганзы, ведь «Транскапитал» тесно сотрудничал с банком Соломона Абрамовича.

В зал вошёл усатый мужик в костюме-тройке. Мужик мне чем-то напоминал Горького в молодые годы, но еврейские корни явно прослеживались.

Поприветствовав коллег, финансист занял место за столом.

— Штаб-квартира АДБ переносится в Фазис, — сообщил князь Трубецкой.

— У Соломона Абрамовича возникли кое-какие… недопонимания с Волконскими. После этого — с Чингисами. И тогда я предложил его Роду вступить в Дом Эфы на выгодных условиях. Произойдут кое-какие поглощения и объединения, так что мы усилим АДБ и выведем эту сеть в число самых влиятельных банков страны. Не только нашего региона, Приазовья или европейской части России. Кстати, от сотрудничества с Домом Волка Соломон Абрамович отказался.

Я уж было решил, что козыри в рукавах Трубецкого закончились, но тут жезл в очередной раз ударил в пол.

— Великий князь Абдул ибн Асад, эмир Самарканда, глава ферганской ветви Рода Саманидов!

По спине пробежал неприятный холодок.

Не так давно я был в Самарканде по распоряжению Администратора — подсаживал АРМ в колонию Мароан. Проблема в том, что данная колония Предтеч принадлежала Саманидам и контролировалась инквизиторами. Мы чудом ушли оттуда, выполнив свою миссию, но Абдул ибн Асад, вне всяких сомнений, был наслышан об инциденте.

Стереотипы — неискоренимое зло.

Я ожидал увидеть какого-нибудь исламского деятеля в чалме и роскошном белом халате, но порог переступил молодой человек лет тридцати. Подтянутый, без капли лишнего жира, в белых брюках и длинной голубой рубахе, застёгивающейся на манер ифу. У рубахи был строгий воротник — кажется, такие называют «мандаринами». На поясе Асад носил кривой меч в ножнах, инкрустированных драгоценными камнями.

В глаза бросался и массивный родовой перстень с шипом.

При виде одного из самых могущественных аристо Средней Азии, измельчавшее правящее ядро Эфы оживилось. Брем перекинулся парой слов с герцогиней, Богратион не скрывал своего восхищения. У всех на глазах творились невероятные, исторические вещи. Князь Трубецкой вытаскивал распадающийся клан из болота.

Распорядитель, поклонившись, удалился.

Двери с глухим стуком захлопнулись.