Пламя и кровь

Наш дед спаял семь королевств воедино кровью и пламенем; я не позволю тебе отколоться и завести свое королевство. Тебя называют королевой лишь из учтивости, я же полноправный король, и права мои простираются от Стены до Староместа, включая Драконий Камень. Согласна ли ты с этим, сестра?»

«Твой железный стул такой шаткий, что ты заставляешь родных склоняться перед тобой? Что ж, будь по твоему. Отдай мне, кроме Драконьего Камня, еще кое-что, и больше я не стану тебя беспокоить».

«Чего же еще ты хочешь?»

«Эйерею.

Верни мне дочь».

«Хорошо», – ответил король… быть может, слишком поспешно, ведь восьмилетняя Эйерея Таргариен была признанной наследницей Железного Трона. Последствия этого решения еще скажутся в будущем; тем не менее оно было принято, и королева Запада в одно мгновение сделалась королевой Востока."

"Остаток года, отмечающего середину столетия, прошел без дальнейших тревог. Лорды малого совета немного опешили, когда их заседания стала посещать королева, но недоумением своим делились только друг с другом, а вскоре и совсем перестали, ибо нашли для себя полезными ум и начитанность молодой государыни.

Детство Алисанны до того, как ее дядя Мейегор захватил трон, было веселым и радостным. Мать, королева Алисса, приглашала ко двору музыкантов, бардов и лицедеев, состязавшихся в своем искусстве перед нею и королем. Борские вина рекой текли на пирах, в чертогах и во дворах звенел смех, придворные дамы щеголяли в жемчугах и алмазах.

При Мейегоре двор стал мрачен, да и в пору регентства мало что изменилось. Королева Алисса не желала веселиться, скорбя о своих утратах, а лорд Робар, муж военного склада, заявлял, что лицедеи ничем не лучше обезьян. «И скачут, и визжат, и кривляются, а толку от них? Обезьяну, коль голод подопрет, хоть съесть можно».

С нежностью вспоминая счастливые, хотя и недолгие времена своего отца, Алисанна принялась украшать Красный Замок.

Она накупила в Вольных Городах ковров и гобеленов, велела покрыть полы красивыми плитами, расставила статуи. Городская стража, прочесав по ее приказу Блошиный Конец, отыскала Тома-Бренчалу, чьи песенки во время Войны за Белые плащи забавляли и короля, и народ. Алисанна сделала его придворным певцом, первым из многих, кто занимал потом эту должность. Из Староместа выписали арфиста, из Браавоса – труппу лицедеев, из Лисса – танцовщиц.