Пламя и кровь

Новобрачных при огромном стечении народа доставили на открытых носилках в Красный Замок; там Эйегон был увенчан простым обручем желтого золота и провозглашен Эйегоном из дома Таргариенов, Третьим этого имени, королем андалов, ройнаров и Первых Людей, лордом Семи Королевств. Корону на голову принцессы возложил сам Эйегон.

Юный король, хоть и неулыбчивый, был, бесспорно, красив, хороша была и его маленькая невеста. Со времен коронации Эйегона II в Драконьем Логове Семь Королевств еще не видели столь пышного зрелища; недоставало только драконов.

Этот король не облетал город трижды, не опускался торжественно на двор замка. Заметили наблюдатели и то, что невестиной бабушки королевы Алисент на празднике не было.

Новый король первым делом назначил тех, кто долженствовал его защищать. Сир Вилис Фелл – единственный, кто остался в живых из гвардии короля Визериса – стал лордом-командующим, сир Марстон Уотерс – его заместителем. Поскольку оба они считались «зелеными», остальные пять мест заполнили «черные».

Затем настал черед временных правителей. Десницей был назначен сир Тайленд Ланнистер («зеленый»), вернувшийся недавно из Мира, Хранителем Государства лорд Леовин Корбрей («черный»). Оба подчинялись совету регентов, куда вошли леди Джейна Аррен из Долины, лорд Корлис Веларион с Дрифтмарка, лорд Роланд Вестерлинг из Крэга, лорд Ройс Карон из Ночной Песни, лорд Манфрид Моутон из Девичьего Пруда, сир Торрхен Мандерли из Белой Гавани и великий мейстер Манкен, избранный Цитаделью вместо осужденного Орвила.

Достоверно известно, что Кригану Старку тоже предлагали место в совете, но он отказался. Не стали регентами и столь значительные фигуры, как Кермит Талли, Анвин Пек, Сабита Фрей, Таддеуш Рован, Лионель Хайтауэр, Джоанна Ланнистер и Бенжикот Блэквуд, но разгневало это, как уверяет Евстахий, одного лорда Пека.

Избранный совет Евстахий от всей души одобрял. «Шесть сильных мужей и одна мудрая жена будут править на земле так, как всевышние Семеро правят нами с небес».

Гриб высказался скептически: «Из семерых регентов шестеро лишние. Жаль мне нашего короля». Большинство, однако, сходится на том, что начало правления Эйегона вселяло большие надежды.

До конца 131 года все великие лорды разъехались восвояси. Первыми, в слезах простившись с родичами, остающимися в заложниках у нового короля, отбыли Ланнистеры и Хайтауэры.