Пламя и кровь

На сестру Рейену, тоже не просившую у него позволения выйти замуж, он гневался несколько меньше, а вот королеву Алиссу глубоко обидело то, что дочь не посоветовалась с ней и не пригласила ее на свадьбу.

Рейена, как она говорила близким подругам, никогда, в свою очередь, не понимала увлечения матери лордом Баратеоном. Она нехотя признавала, что тот помог ее брату в борьбе с Мейегором, но не могла ни забыть, ни простить, что тот же лорд Робар оставил без поддержки мужа ее Эйегона в битве у Божьего Ока. С течением времени ее все более возмущало, что ей и ее дочерям, законным наследницам Железного Трона, предпочли «младшего братца», как она стала называть Джейехериса.

Она, как-никак, первенец, говорила Рейена всем, кто был склонен слушать, и на драконе стала летать задолго до младших, но все они, «даже родная мать», сговорились ее обойти.

Задним числом легко оправдывать во всем Джейехериса с Алисанной и выставлять злодеями Алиссу и лорда Робара. Вольно и певцам сочинять, что любовь короля и принцессы не знала себе равных со времен Флориана-Дурака и его Джонквиль.

В песнях любовь побеждает всегда, но в жизни всё не так гладко: королева Алисса отнюдь не без причины тревожилась за своих детей, за династию Таргариенов и за все государство.

Мотивы лорда Робара были не столь бескорыстны. «Неблагодарность» юного короля, в котором он видел сына, ранила его самолюбие, а вынужденное отступление на глазах у полусотни своих людей уязвляло и того пуще. Природный воин, мечтавший сойтись в поединке с королем Мейегором, не мог переварить унижения, которое претерпел из-за пятнадцатилетнего мальчика.

Не будем, однако, судить его чересчур сурово, помня слова септона Барта. Совершивший под конец своей службы ряд глупостей и жестокостей, он в душе не был ни жестоким, ни даже глупым. Раньше он проявил себя как герой, и мы не должны забывать об этом даже в самый темный год его жизни.

После столкновения с Джейехерисом десница только и думал, что о своем позоре. Первым его побуждением было вернуться на Драконий Камень с бо́льшим числом людей, перебить гарнизон замка и насильственно исправить то, что сотворил Джейехерис.

Что до Белых Плащей, поклявшихся защищать короля ценой своей жизни, то лорд Робар, как он заявил на совете, охотно бы предоставил им эту честь. На слова лорда Талли, что король может попросту закрыть перед ним ворота, Баратеон ответил: «И пусть, я возьму замок штурмом». Лишь королеве Алиссе удалось отговорить его от такого безумства.