Пламя надежды

Его умеют делать все огнепряды?

– Не знаю, – пожала крыльями Луния. – Они все остались под замком в пещере у твоей двоюродной сестры, так что у меня не было возможности как следует познакомиться.

– Понимаю… – Златка виновато потупилась. – Мне очень жаль.

– А настоящий огненный ты тоже умеешь делать? – поинтересовался Цикута.

– Целых два вида. Один вот такой, я зову его «горящим» – наверное, он и светит почти во всех фонарях. – Луния выпустила из запястья ярко пылающее волоконце. Крошка Икар потянулся его схватить, но она не дала.

 – Нет-нет, малыш, обожжёшься!

Цикута принёс глиняный горшочек, и Луния осторожно опустила туда огнешёлк.

– А вот этот сорт, – продолжала она, – мне хотелось бы делать пореже. – Из запястья скользнула нить столь яркая, что все драконы вокруг невольно зажмурились. Казалось, в когтях Лунии шипит живая молния. – Я зову его «солнечным», он отнимает много сил, и получается его мало."

"Цикута принёс ещё горшочек, но она покачала головой.

– Прожжёт и глину, и камень, придётся утопить.

 – Шелкопряды расступились, Луния отнесла волоконце к озеру и бросила в воду. – Для разжигания костра и прочих бытовых нужд вполне подходит и «горящий» шёлк, – заметила она, вернувшись в круг из валунов. – Кстати, он тоже нужен, или достаточно «тлеющего», только для света?

– Можно и горящего немного, – ответила Бриония, – будем поддерживать костёр постоянно, тогда хватит надолго.

– Надо было подумать об этом заранее, – проворчал Лаконос, – а не разжигать каждый раз заново.

– Кто ж знал, что мы застрянем здесь так надолго, – вздохнула Бриония, и драконы вокруг разом помрачнели.

Здесь собрались шелкопряды из ульев Сколопендры, Златки и Богомол. Беженцев из других мест должна была привести Киноварь, но никто больше в пещеры у озера Скорпион не явился. Что с ними стало? Одни луны знают. Может, спаслись и прячутся где-нибудь ещё, а может, угодили в королевские когти.

Кто-то видел, как целый отряд шелкопрядов летел бок о бок с ядожалами, собирая припасы по окрестностям улья Осы, а значит, кое-кого ей всё же удалось подчинить своей воле.

Впрочем, ни о Дыхании зла, ни об иноразуме никто тогда ещё не знал. Многие, как поняла Луния, до сих пор не верили в другую враждебную силу помимо королевской, а рассказ Сверчок об одержимом листокрыле в самом сердце Отравленных джунглей считали сказкой.

Однако пророчество ночной драконихи из Древних королевств произвело впечатление на всех. Луния видела в глазах шелкопрядов проблески надежды.