– Руководство больницы всех твоих пациентов перераспределило?
– Да. – Я кивнула. – Несколько следующих месяцев посвящу себя только нашей семье.
С работы я ушла совсем недавно, так как в больнице не хватало персонала. К счастью, сейчас они наняли новых докторов, поэтому с приближением срока родов я могла без опасений оставить пациентов.
От внезапного визга заложило уши. Поморщившись, я обернулась и увидела Кейда и Хантера, гнавшихся за Дилан с… Я прищурилась… Это что, вантуз?
Моя дочь юркнула за кухонный островок; ее мягкие каштановые волосы подпрыгивали на плечах, пока она удирала от своих преследователей.
Дилан врезалась в мой бок, явно ища защиты, и я приобняла ее.
Мальчишки – обоим было по шесть лет – резко остановились, яростно сверля ее взглядом.
– Отстаньте от меня! – крикнула она, брыкнув правой ногой, чтобы их прогнать.
Кейд поднял вантуз, Дилан закричала, а я вскинула руку и распорядилась:
– О нет, не смей. Положи его на место.
В этот момент на кухню вбежал рассерженный, тяжело дышащий Мэдок.
– Мэдок! – рявкнул Джаред, указав на него пальцем. – Держи своих сыновей подальше от моего ребенка. Я серьезно.
Его глаза округлились.
– Держать их подальше? – переспросил он удивленно. – Твоя мелкая… – процедил Мэдок сквозь зубы, но потом умолк.
Подойдя ближе и накрыв уши Дилан ладонями, наш друг прошептал Джареду:
– Я ее люблю. Безусловно, люблю, но она просто бестия, чувак, – прорычал Мэдок. – Твоя дочь наполнила игрушечный пистолет водой из унитаза и обрызгала ребят.
Мой муж отвернулся, засмеявшись.
Закатив глаза, я дернула головой, сигнализируя Мэдоку, чтобы он увел своих сумасбродов куда-нибудь.
Вот вам классический пример воспитательных методов Джареда и Мэдока. Ни один из них никогда не признает, что их дети способны нашалить. Мэдок гордился своими сыновьями, так же как Джаред гордился Дилан.
А я предупреждала его: нельзя смеяться над выходками дочери в ее присутствии. Этим он лишь поощряет подобное поведение.
Насколько бы забавными эти выходки ни были и как бы близнецы того ни заслуживали.
Я посадила Дилан к себе на колени; ее маленькие желтые «чаксы» коснулись моих голеней.
– Привет, папочка, – прощебетала она. – Я по тебе скучаю."
"Услышав ее сладкий голосок, я улыбнулась, с обожанием глядя на румяные щеки и широкую улыбку дочки.
– Привет, голубоглазая, – поприветствовал он в ответ. – Я приготовил для тебя несколько сюрпризов.
– Джаред! – простонала я.
