– Кто-нибудь сможет посидеть с твоим сыном? – спросил я, после чего повернулся ко второй девушке. – У моего простуда. Мы не хотели бы заразить Джареда.
Кэт приняла сидячее положение. Мой взгляд опустился. Спереди сарафан промок не так сильно, только в определенных участках, и по груди струилась вода.
Мне стало трудно дышать, поток жара начал стекаться к паху.
Подруга Кэт наконец-то сказала, вздохнув:
– Я за ним присмотрю, полагаю.
Я улыбнулся. Кровь в венах начала закипать при мысли о возможности оказаться с ней наедине.
– Спасибо.
Девушка подошла к Джареду, имя которого я узнал из отчета детектива, и подняла его, в то время как Кэт просто сидела на месте с потерянным видом.
– Меня зовут Дина, кстати, – представилась ее подруга, проходя мимо. – Я нянчусь со всеми детьми в округе.
Она протянула руку, и я ответил на рукопожатие.
– Джейс.
Кивнув, Дина пошла дальше, наверное, в дом, чтобы переодеть Джареда.
– Какого черта ты делаешь? – обвинительным тоном поинтересовалась Кэт.
Я повернулся к ней и заметил, что она встала.
Сарафан лип к ее телу, а на бедрах блестели капли воды.
– Ты отказалась от машины, – заявил я.
Приблизившись, девушка тихо ответила с вызовом в глазах:
– Тебе не удастся меня купить. Не знаю, чего ты хочешь…"
"– Я хочу, чтобы у тебя было надежное транспортное средство, для твоего же блага, – перебил я. – Ты пытаешься сказать, будто тебе, матери маленького ребенка, не нужна машина? А если потребуется срочно отвезти его в больницу?
– Тебе хочется, чтобы я стала твоей должницей, – поправила она.
– Ты женат, а я не шлюха.
Проскользнув мимо, Кэт взбежала босиком по ступенькам, ведущим в дом. В ту же секунду я развернулся и устремился за ней. Распахнув противомоскитную дверь, вошел в кухню, поймал ее за руку, затем притянул к себе.
– Я не хочу, чтобы ты была мне должна, – произнес едва слышно, глядя на Кэт сверху вниз. Наши груди соприкасались. – Просто я… Я думаю о тебе и хочу…
Она часто дышала, словно боясь пошевелиться или убежать.
Девушки вроде нее привыкают к разочарованиям, к тому, что ими пользуются, однако я не причиню ей боли.
Я не буду воровать у Кэт или бить ее, не заставлю совершать поступки, способные подвергнуть ее опасности.
В ней я видел не игрушку, а нечто особенное.
Шагнув вперед, медленно начал оттеснять Кэт к стене.
– Мой брак существует только на бумаге. Между нами все кончено, я уже это знаю. Мне не хочется обидеть ее, но я никогда не думал о своей жене так, как думаю о тебе.
