И вот он я, на пороге тридцати, по-прежнему одинокий, погрязший в работе.
Я совершенно не изменился.
Открыв крышку компаса, наблюдаю за диском под стеклом, колеблющимся на своей оси. Стрелка постепенно перемещается немного дальше буквы W. Я поворачиваюсь чуть правее, замираю и жду. Указатель снова перемещается и останавливается ровно посередине между севером и западом.
Затем поднимаю глаза и смотрю на горизонт.
– Мистер Морроу!
Моргнув, захлопываю компас, кладу обратно в нагрудный карман, беру пиво и оборачиваюсь.
У дверей балкона стоит Тахра, моя домработница, иммигрантка из Индии. Она приходит несколько раз в неделю, убирает квартиру, покупает продукты и готовит, получая дополнительный заработок к тому, что имеет ее муж, работник на нефтяной вышке.
– Да, Тахра.
Она улыбается и тихо говорит:
– Ваш ужин стоит в духовке, чтобы не остыть, сэр. Я собираюсь домой.
– Спасибо. Доброй ночи.
Я отворачиваюсь как раз в тот момент, когда солнце полностью скрывается за горизонтом.
Сухой воздух обжигает ноздри при каждом вдохе, но я пока не хочу возвращаться в квартиру.
– С вами все в порядке? – робко спрашивает женщина.
Вновь оглянувшись, смотрю на нее.
– Да, а что?
Она изучает меня несколько секунд, после чего поднимает руку, в которой держит полотенце.
– В последнее время вы каждый вечер стоите на этом месте и смотрите в одном и том же направлении.
Помедлив, я уточняю:
– Да?
Не обращал внимания, но, полагаю, Тахра права.
Мне казалось, что я стал более отрешенным. Раз уж и она заметила, тогда это весьма очевидно.
– Если желаете помолиться, Мекка в той стороне.
Когда смотрю назад, замечаю, как женщина указывает на юго-запад с хитрой улыбкой.
Улыбнувшись, я качаю головой.
– Ты не оставляешь попыток, да? – Вновь бросив взгляд на последние лучи света, мерцающие над городом, думаю о том, что лежит за небоскребами, базарами и пустыней. За Меккой, Красным морем, Африкой и Атлантическим океаном…
– Вообще-то, мой дом в этом направлении, – наконец отвечаю я, указав бутылкой на северо-запад.
– До него 7308 миль от этой точки.
– Это далеко.
Я киваю, погрузившись в размышления.
– Ага. – Сделав паузу, продолжаю: – И все равно ничего не изменилось. Она была права.
– Кто?
Счастье – это направление, а не место. Да, Куинн определенно права. На губах появляется едва заметная улыбка при мысли о том, какой умной всегда была эта девочка.
