План битвы

Я его от себя увольняю-на, будет теперь на барахолке ошиваться. Ты мне глаза раскрыл, короче. Ну? Так чё?

— В каком смысле? — вопросительно пожимаю я плечами. — Какой вопрос-то?

— Бля, да не тормози ты, братан. Я ж говорю, вспылил, погорячился, забудь великодушно, ты ведь великодушный, да? Мы же с тобой братаны и партнёры.

Это Ферик ему велел со мной примириться? Наверное. Да он, я думаю и сам рад такому исходу, не хочет без меня дальше двигаться, чувствует, что не потянет, а может, понимает, что со мной есть перспектива.

Не только казино, но ещё что-нибудь перепадёт, дистрибуция алкашки, например, и джинсовой «контрабанды».

— Слушай, мы с тобой не ссорились, — говорю я. — Ты взял к себе моего непримиримого врага. Приблизил его, хотя он и против тебя тоже копал. Он ведь как змея на груди. Пока он крутится рядом и ты не даёшь с ним разобраться, у нас с тобой так же, как раньше быть не может. Дело в доверии. Я ведь говорил уже.

— Да не будет он рядом, я его в Иркутск отослал.

— Да ну? А когда мы в Иркутск поедем, ты его в Красноярск пошлёшь? А когда поедем в Красноярск — в Кузню? Так ты его сразу в Стамбул отправь или в Альбукерке, и всё нормально будет, дотуда мы ещё не скоро доберёмся.

— Слушай, заканчивай уже ныть, Бро. Я сказал, что гарантирую твою неприкосновенность? Всё, расслабься и живи в своё удовольствие. Но и о наших общих делах не забывай.

Вижу, он уже теряет терпение, а перегибать палку я не собираюсь. Статус мой он подтвердил и даже, мама дорогая… даже извинился.

Видать от Фархада Матчанова получил большую пилюлю, и, возможно, довольно горькую. Значит пока зафиксируемся на этом. Но с Киргизом вопрос остаётся открытым и он явно или неявно сделает ход, сто процентов.

— Ладно, — говорю я. — Ты на меня тоже зла не держи, ты мне за это короткое время почти что братом стал, и я за тебя готов конкретно впрячься, сам ведь знаешь. Поэтому, может, и реагирую острее, чем надо.

Он расцветает, полностью оправдывая своё блатное имя.

— И, чтобы ты знал, — продолжаю я. — Ферику я не стучал. Он уже в курсе был, что мы повздорили немного, так что смотри, кто у тебя в окружении может лить инфу на сторону.

— Да, кто угодно. Хер с ними. Помозгую потом как-нибудь.

А может, он сам? Если, например, боялся, что я действительно выйду из дела и зная, что я собираюсь в Ташкент, мог связаться с Фархадом Шарафовичем и попросить мягко меня наставить на путь истинный… Возможно, но не факт.