План битвы

 — А то вдруг ни кабана, ни медведя не встретим.

— Не встретим и не надо, значит. Я в тебе не сомневаюсь, Егор, и Жору тоже настраиваю.

— А он, значит, сомневается?

— Ну, он же тебя не знает, да и возраст смущает немного. Но, как говорится, молодым везде у нас дорога. Если что пойдёт не так, всё на месте решить можно. С его-то возможностями. Ты же понял, кто он такой?

Кем бы он ни был, хоть своим отцом, в глухой тайге на имени далеко не уедешь.

— Понял, Даниил Григорьевич.

— Ну и молодец. И что виду не подал тоже молодец.

Он всё это чинопочитание и подхалимаж жуть как не любит. Поэтому и маячить лишний раз не хочет.

— Всё хорошо будет, не сомневайтесь.

— Кто это тебе всё по межгороду названивает? — интересуется мама.

— Да, приедут из Москвы товарищи, нужно будет им организовать тут всё… — неопределённо отвечаю я и тут же набираю номер Платоныча.

Сообщив Большаку о приезде гостей, быстро ужинаю и иду гулять с Раджом. А после ноги сами несут, ясно куда. К Рыбкиным.

Дядя Гена в столь поздний час, что называется, ни в одном глазу, выглядит отдохнувшим и даже свежим.

— А, Егорка, проходи, я как раз кино смотрю про ментов.

— В деревню не поехали что ли? — спрашиваю я.

— Поехали, но только на выходные. Отгулы не дали. Сначала пообещали, а потом — хрен. Вот такое начальство понимаешь ли.

— Нормально. В платье твоём поехала, кстати. Воображает, коза. Там осталась, завтра утром вернётся. Свояк повезёт в город огурцы на овощебазу и её подхватит. А чё, ей там хорошо, воздух, речка.

Чё ещё надо? Говорю, побудь ещё неделю. Нет, отвечает, надо собираться уже, в университет ехать. Общагу получать, отрабатывать там, ну, и всё вот это… Так что скоро умотает.

— Ясно. Приедет когда, скажи, что мы завтра к Андрюхе собираемся.

— Лады, скажу. Во сколько?

— Часов в двенадцать от Дворца. И вот ещё что, дядь Ген…

— Чего? — настораживается он.

— Хрен сварился, будешь есть?

— Мне паспорт нужен, — говорю я, не обращая внимания на прибаутки.

— Нет, чужой.

Бомжа какого-нибудь, лучше всего такого, которого уже и в живых нету.

— Во как, — делается серьёзным Рыбкин. — Так-то поискать можно, но это… недёшево.

— Ну, как недёшево? Сколько?

— Тыща, — не задумываясь отвечает он.

— Дядя Гена, — говорю я с укоризной в голосе. — Предлагаю пять сотен и то по большой дружбе.

— Торгаш, — кривится он. — Прирождённый. Не зря ты в коммерческий учиться пошёл. Мне мать-то твоя сказала.

— Приноси завтра бабки.