Онлайн-библиотека книг
– Ресения гаспадзина не обсузьдаются, а испорняются, – строго изрек он.
С этого всё и началось.
– В этом-то и проблема вашей «Расеи»! – обрушился на него Булль. – Вы никогда не смеете обсуждать решений начальства! Поэтому и исполняете их из рук вон плохо. А потому что это не ваши решения, вы никак не участвовали в их принятии.
– Мистер Бурь забурькар, – саркастически заметил Маса по-русски, обращаясь к Фандорину, но тот погрозил ему пальцем – помни подписанный договор об учтивости, и японец перешел на английский, более пригодный для учтивого разговора: – Если у России и есть недостаток, то вовсе не тот, о котором вы упомянули, уважаемый сэр.
– В самом деле? А какой же? Любопытно будет послушать, – язвительно оскалился инженер.
– Недостаточное уважение нижестоящих к вышестоящим и вышестоящих к нижестоящим, – изрек Маса. – Когда к власти относятся с почтением, не возникает желания оспаривать ее повеления. К сожалению, в России власть и подданные относятся друг к другу с недоверием и не чувствуют себя одной семьей, в которой есть старшие и младшие.
– Вы слышали, что несет это сын микадо? – воззвал Булль к Фандорину.
Эраст Петрович сделал вид, что занят проверкой комплектности запасных деталей для генератора.
– Семья, господин азиат, это папа, мама, братья с сестрами, бабушка с дедушкой.
– Любовь к отечеству и память предков тоже механизм? А знамя Родины, наверное, – ветошь, которой этой механизм протирают? – вскричал Маса. – Многие из вас так рассуждают, причем самые умные! Из-за этого у нас в стране и нет гармонии! Но она появится, вот увидите.
– Лопнет ваша Россия, как мыльный пузырь, если не научится управлять собою сама."
"«И заспорили славяне, кому править на Руси», подумал Фандорин, оглядывая пирс, на котором стояли готовые к погрузке ящики. Уже стемнело, но луна еще не вышла. Освещенный фонарями причал сиял во тьме, словно театральная сцена.
