Платье цвета полуночи

 — Ничего страшного, беспокоиться пока не о чем, но помни: держись как можно ближе ко мне!

Сине-зелёный огонёк стремительно рванулся вперёд; Тиффани пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать, а это было непросто, ведь земля под её ногами становилась то гравием, то грязью, а время от времени чем-то жидким — чем именно, пожалуй, лучше было не знать. Тут и там, вдалеке, мерцали и другие загадочные искорки вроде блуждающих огней над трясиной.

— Не отставай! — велел голос впереди.

Очень скоро Тиффани потеряла всякое ощущение направления, а заодно и времени.

Но вот что-то щёлкнуло, и на фоне дверного проёма обрисовалась фигура: проём, с виду самый обыкновенный, тем не менее представлял собою арку, так что дверь в верхней своей части сужалась, сходясь в одну точку.

— Пожалуйста, как следует вытри ноги о коврик по ту сторону двери: здесь, внизу, лишние предосторожности не помешают.

Позади туманного призрака сами собою зажглись свечи и наконец-то высветили фигуру в тяжёлой, плотной одежде, громадных сапогах и стальном шлеме на голове.

На глазах у Тиффани незнакомка осторожно стянула шлем и встряхнула собранными в «конский хвост» волосами: «хвост» вроде бы свидетельствовал о молодости, но волосы были седы — как в глубокой старости. Тиффани подумала, что её проводница — из тех, кто выбирает себе образ по своему вкусу и после уже не меняется до самой смерти. И ещё морщинки… вид у незнакомки был озабоченный, как если бы она пыталась думать о нескольких вещах сразу; судя по выражению лица — так обо всём на свете. В комнате обнаружился накрытый столик, а на нём — чайник, чашки и груда кексиков.

— Заходи, пожалуйста, — пригласила женщина. — Добро пожаловать! Но где мои хорошие манеры? Меня зовут госпожа… Смит, до поры до времени. Надеюсь, госпожа Пруст обо мне упоминала? А ты сейчас находишься в Объекте Движимости, с вероятностью, в самом нестабильном месте мира.

Чаю хочешь?

Жизнь вроде как налаживается, когда мир перестаёт стремительно вращаться, а перед тобой — чашка с горячим чаем, даже если стоит она на старом упаковочном ящике."

"— Прости, здесь, конечно, не дворец, — промолвила госпожа Смит. — Я здесь дольше, чем на несколько дней, никогда не задерживаюсь, но мне нужно быть поближе к Университету, причём мне требуется полное уединение.