Онлайн-библиотека книг
Лучше бы она отдала меня в детдом еще с рождения… Лучше бы я никогда не знала ее, и не испытывала привязанности. Но этот ад – эта часть моей жизни, останется со мной навсегда.
Никакое эссе я не делала. Оставшееся время перед работой изучала страницу за страницей со статьями о раке, и искусала губы в кровь. Голова гудела от переизбытка информации. Хорошо сегодня в магазине не было хозяев. Я жестко тупила и постоянно отвлекалась на угнетающие мысли. Каждую минуту порывалась позвонить Свете, но боялась ее разбудить.
Вернувшись вечером домой, я застала ее на кухни и впервые за весь день нормально вздохнула. Тетя нехотя жевала макароны по-флотски, но все же жевала!
– Ты чего не раздеваешься? – поинтересовалась она, сосредоточив на мне взгляд.
Мои губы задрожали, на глаза вдруг набежали слезы. Я сорвалась с места, приблизилась к ней и обняла за плечи. Я знаю, что Света просила не плакать, но не могла никак сдержаться.
– Ну что ты, девочка? – со вздохом воскликнула она, поднявшись и обняв меня в ответ.
Тетя принялась гладить мои волосы, позволяя рыдать на своем плече.
– Все будет хорошо… Я же не умираю!
В какой-то момент она взяла мое лицо в ладони.
– Ты помнишь наш девиз? – спросила заговорщически. В ее глазах тоже блестели слезы.
Шмыгая носом, я закивала.
– Сегодня мы поплачем, – напомнила она терпеливо, – а завтра дадим сдачи! Давай-ка… сделай глубокий вдох.
Я сделала вместе с ней и ощутила, как с дыханием из меня вышла часть жгучей тревоги.
– Мы справимся.
– Да… – шепнула я в ответ.
– Вот и умница. А теперь иди разденься, умой личико и садись поешь со мной.
Будет еще.
6
Впервые за весь курс, я не подготовилась к парам. Провела вечер со Светой и сразу пошла спать, не испытывая никакого давления совести. Все равно бы я не смогла сосредоточиться. А если бы и смогла – это вдруг перестало казаться чем-то важным в моей жизни.
Утром ощущение апатии стало тотальным. Я была словно оглушена, отстранилась от реальности, но хотя бы уже не хотела плакать.
"Сегодня меня никто не подрезал. Я спокойно припарковалась и зашагала к универу, ни разу не оглянувшись в поисках черного гелентвагена. Этот монстр-мажор резко перестал меня заботить и пугать.
