В работе осталась одна, два километра восточнее Ябловки.
- Отлично, - повеселел Ветер. - «Кубы», «Ланцеты» - в работу!
- Есть! – отозвался Тайфун.
Ветер связался с Корсаром:
- Корсар, поднимай свои птички, РЭБ мы противнику практически весь потушили.
В таком напряженном режиме, когда, казалось бы, всё внимание должно быть сосредоточено на решении одной задачи, но жизнь заставляет одномоментно решать сразу их множество, требуя не ослаблять качество работы, где упущение мельчайшей детали может привести к серьёзным осложнениям на поле боя, работают офицеры пунктов управления – выдавая решения на те, или иные действия, на применение сил и средств, своей волей заставляя сотни и тысячи исполнителей идти к единой цели.
"
"Разумеется, это не продолжается на всём протяжении войны, а только лишь в напряжённые моменты сражений, но именно ради этих часов, а зачастую и нескольких суток, проявляется полководческая сущность офицеров, единственная задача которых – так организовать процесс деятельности подчинённых им людей, направить их стремления по единому замыслу, к единой цели, в условиях, когда противник всеми доступными способами будет противодействовать, будет срывать планы, даже самые блестящие и выверенные планы, в которых, как часто кажется, учтено всё до мельчайших подробностей, но… к сожалению, жизнь всегда доказывает, что события развиваются не по сценарию, и хорош только тот командир, который находит в себе способность быстро принимать новые решения, корректируя действия войск в целях достижения поставленных задач.
***
Сват, принявший командование штурмовиками после контузии Сильвера, с замиранием сердца наблюдал, как в простирающейся перед ним низине, по дороге, от видимого вдали населённого пункта, неслись танк и две боевые машины пехоты. Так как дорога просматривалась вдоль, оценить скорость движения было сложно, но визуальное увеличение силуэтов вражеской техники и сдуваемая вправо пыль от гусениц, убеждали в высокой скорости движения.
Сват знал, что собой представляет в бою танк, и не испытывал никакого желания встретиться с ним вплотную, однако, ничего не говорило за то, что вражеская бронегруппа будет остановлена.
В голове крутилась мысль, что его, практически безоружного (имеющийся в группе гранатомёт он не рассматривал как серьёзное противотанковой средство) буквально «бросили под танки», закрывая им «просчёты командования», которое, на его взгляд, не организовало здесь противотанковую оборону.
