Племянница на износ

За окошком сделалось темно, плюхнул проливной дождь. Я уснула под шум капель.

– Просыпайся, Виктория, – чья-то рука трясла меня за плечо. Меня будила тетя.

– Можно переночевать у тебя? Мне страшно, – испуганно прошептала она.

Я услышала грохот на первом этаже и пьяный голос дяди надрывно призывающий Риту немедленно предстать перед ним. Он так пил уже не первый день, но раньше он сразу засыпал не устраивая шума. Сегодня Роман буянил.

– Оставайся, – ответила я и подвинулась на кровати.

Раздался стук в дверь моей спальни.

– Открывай! Я знаю, она у тебя! Маргарита выходи поговорить! – в дверь посыпались удары. – Ладно. Я вас все равно найду.

Дядя затопал в сторону своей спальни, но не удержался на ногах и свалился по ступенькам лестницы вниз. Там он опять громко выругался и шум стих. Я не пустила Риту выйти и посмотреть, как он себя чувствует. Она не сопротивлялась и молча забралась под одеяло.

– Что случилось? – шепотом спросила я у тети.

– Большие неприятности в фирме, – так же шепотом ответила она. – Такое иногда случается.

Дядя видимо уснул под лестницей и мы тоже помолчав тихо уснули под шум дождя.

А утром начались разборки…

– Как ты посмел меня ударить? – на весь дом раздался голос Маргариты и отозвался болью в голове из-за затекшей шеи.

Я раньше никогда не спала в постели, с кем бы то ни было, тем более с девушками. Даже после бурных вечеринок и секса с парнями я всегда возвращалась домой и ложилась спать в одиночестве.

Ночь прошла бессонная с провалами в тяжелое забытье. Тетя больно толкалась, закидывала на меня свои ноги, и бормотала во сне, не давая мне уснуть. Я встала и вышла из спальни на шум голосов.

– Я нечаянно, – оправдывался Роман. – Ты понимаешь? Я бы никогда не поднял на тебя руку…

– Не смей прикасаться ко мне! – взвизгнула в ответ Рита.

Они ругались в столовой, пол которой был обильно посыпан лепестками роз. Интересно, откуда дядя взял столько лепестков.

– Доброе утро, если она на самом деле доброе, – проговорила я и улыбнулась старой шутке.

– Доброе, солнышко ты наше, доброе, – расплылась в улыбке тетя, но на Романа она зыркнула сердитым взглядом. – Как спалось?

– Бывало и лучше, – а чего мне делать вид, что хорошо, если на самом деле плохо.