Пленённая принцесса

Так что сейчас в твоих же интересах быть паинькой.

При мысли об этом гамадриле, атакующем меня с куском мыла, мне становится дурно.

— Хорошо, — резко бросаю я. — Я приму ванну. Но только если ты уйдешь.

— Ты не в том положении, чтобы выдвигать условия, — смеется громила, кивая своей гигантской головой. — Я должен контролировать процесс.

Боже, меня тошнит при взгляде на его самодовольную рожу. Он не увидит, как я сажусь в ванну. Только через мой труп. Что бы сделала Мэри Леннокс?

— Если вы попытаетесь надеть на меня это платье, я изорву его на клочки, — спокойно предупреждаю я.

— У нас куча платьев, — отвечает гамадрил так, словно ему плевать.

Впрочем, я вижу, что он раздосадован. В инструкции верзилы входило заставить меня надеть именно это платье, а не любое.

— Убирайся, и Клара поможет мне одеться, — настаиваю я.

Самодовольное выражение сползает с его лица. Теперь он похож не на обезьяну, а на угрюмого младенца.

— Ладно, — бросает он. — Давай, не рассусоливай.

Оставив за собой последнее слово, мужчина уходит обратно в коридор.

На лице Клары читается облегчение оттого, что я так легко отделалась.

Девушка указывает мне на ванну, которая уже до краев наполнена горячей водой. Для аромата она добавила туда какое-то масло, миндальное или кокосовое.

Что ж, теперь я хотя бы знаю ее имя.

— Клара? — спрашиваю я.

— Несса, — показываю я на себя.

Девушка снова кивает. Она и так уже это знает.

— Как зовут его? — Я показываю на дверь, за которой только что скрылся гамадрил.

Клара немного колеблется, затем произносит:

— Йонас кретин, — бормочу я.

Горничная не отвечает, но, кажется, ее губы слегка тронула улыбка. Если она понимает, что я говорю, то явно со мной согласна.

— Что насчет твоего босса? — спрашиваю я. — Как его имя?

Повисает еще более долгая пауза, и я уже не жду ответа. Но, наконец, Клара шепчет:

Она произносит это, словно имя дьявола. Словно после этого ей хочется перекреститься.

Похоже, его девушка боится гораздо больше, чем Йонаса.

— Хорошо, — отвечаю я.

Я стягиваю с себя довольно неприятного уже вида свитер и джинсы, расстегиваю лифчик и снимаю трусики.

Клара смотрит на мое обнаженное тело. Как и большинство европейцев, она не смущается наготы.

Похоже, Клара впечатлена тем, как легко я запоминаю слова. Это превращается в игру, которая доставляет удовольствие нам обеим. В конце концов девушка улыбается, демонстрируя ряд красивых белых зубов, и даже смеется над моим произношением, когда я пытаюсь повторять за ней слова.