Пленённая принцесса

А затем я отправляю ему чемодан, полный улик против Данте Галло — кучу нафотошопленного дерьма, которое выглядит как незаконные налоговые декларации из ресторана.

Как последний дурак, коим он и является, Миллер срывается к дому Галло, думая выкрутить ему руки.

В нормальных обстоятельствах это Данте выкрутил бы руки ему, причем буквально — и крутил бы, пока не сломал. Затем поджег бы все «улики» и пинком отправил бы Миллера домой, куда тот отправился бы, поджав хвост и размышляя над тем, почему никому во всем Чикаго не приходит в голову шантажировать Данте Галло.

Вот как все было бы.

Но в 22:04 Миллер стучится в дверь.

В 22:05 Данте впускает его.

В 22:06 в 911 поступает анонимный звонок, сообщающий о стрельбе по адресу Норт-Уиленд-стрит, 1540.

В 22:08 офицеров Эрнандеса и О’Мэлли как ближайших патрульных копов отправляют разобраться с вызовом.

В 22:09 они стоят на том самом месте, где стоял Миллер, и барабанят в дверь Галло. Данте открывает. Он пытается не пустить в дом полицейских без ордера, но у тех есть достаточные основания.

Остальное позже изложил мне сам офицер Эрнандес в свойственной ему красочной манере:

«Ну, мы заходим в дом и начинаем там возиться, пока Галло стоит весь такой надутый, скрестив руки на груди. Он говорит: «Видите, никакой стрельбы. Так что проваливайте на хрен». Миллер затаился в столовой как полный придурок, а я ему: «Не могли бы вы выйти сюда, пожалуйста, сэр», — типа, я вообще не знаю, кто он такой. Он выходит в коридор, глаза как бы бегают туда-сюда, не понимает, какого черта происходит.

О’Мэлли говорит: «Господа, чем занимаетесь?», а Галло отвечает: «Не твое собачье дело». Миллер пытается что-то бормотать, но Галло его затыкает и велит не отвечать нам. Тогда я спрашиваю: «Сэр, у вас есть оружие?», а Галло говорит: «Нет». Я отвечаю: «Хорошо», — и наставляю на него пистолет.

Галло говорит: «Осторожнее, офицер. Я вам не какой-то пацан у круглосуточного магазина — не выйдет всадить восемь пуль мне в грудь и назвать это самообороной».

Миллер и пикнуть не успел, так и упал со своим тупым выражением лица. Он ваще этого не ожидал. О’Мэлли пнул его, чтобы проверить, что чувак мертв, и тот, конечно, трупак трупаком.

Я все это время следил за Галло. Он натурально как скала, и глазом не моргнет.