Пленительные наслаждения

– Питер, дружище! – послышался жизнерадостный голос одного из приятелей. – Я знал, что ты здесь. – Саймон Патни прошел на балкон и достал сигару. – Я видел, как сейчас вышла твоя нареченная. Никогда не думал, что ты сделаешь такой хороший выбор. Она красавица. А ее грудь! – Саймон поцеловал себе кончики пальцев. – Я всегда считал, что ты женишься на какой-нибудь ледышке. Если вообще женишься, – добавил он добродушно. – Но ты отхватил лучшее в этом сезоне! – Саймон понизил голос и бросил на Питера многозначительный взгляд.

Да уж, мрачно подумал Питер, не сомневаясь в правильности оценки.

Он пробыл на балконе еще с полчаса, выкурив с приятелем одну из его сигар, чего не сделал бы в другое время. Истребить едкий табачный запах было крайне трудно.

Саймон все больше распалялся, расхваливая главную доблесть Габби – ее грудь! Питер сделал ему скидку, поскольку тот был в сильном подпитии, а то непременно сказал бы, что если бы ему нужна была дойная корова, то он поехал бы в деревню.

Тем временем его невеста сидела в дамской комнате, где ей снова зашпиливали волосы.

– Мисс Дженингем! – восторженно воскликнула леди Софи Йорк.

Габби улыбнулась вошедшей герцогине Гизл, но не шелохнулась, У горничной оставалось еще шпилек двадцать, и от одного движения весь процесс пришлось бы начинать с нуля.

– Простите, что не встаю, ваша светлость.

– Нам ни к чему формальности! – Софи плюхнулась на соседний стул. – Как вам нравится Лондон, мисс Дженингем?

– Может, будете называть меня Габби? – Это могло показаться слишком импульсивным, но леди Софи, похоже, была настроена очень дружелюбно.

– С удовольствием, – немедля согласилась она. – И вы называйте меня Софи. Пусть старые мегеры будут в шоке.

– Что в этом шокирующего?

Габби опасалась скандала, помня предостережения Питера.

– О, Габби, надо знать поколение моей матери! Они знают друг друга с пеленок, но хотят, чтобы их называли не иначе как леди такая-то и такая-то.

Габби огляделась, чтобы удостовериться, что в комнате нет других леди.

– Я должна была дождаться, когда доставят платья от мадам Карем, – призналась она. – А до той поры мне надлежало сидеть дома. Питер был непреклонен.

– Не ожидала от него. – Она задумалась на секунду.