Тимур решил устроить тут целый Пентагон, но я безразлично смотрел на эту ситуацию, на себя мне было плевать, но от Миры я теперь отойти не мог. Нет, я буду охранять ее сам, мне хватило уже эмоций, бьющих через край. Спасибо.
Тимур все еще не отзвонился, и я сидел в кресле, терпеливо ожидая, пока моя девочка проснется. Всматривался в безмятежное лицо и снова думал о том, что не место ей рядом, но и мысль о том, что она может раствориться, больно рубила топором по сердцу. Кровоточащему и без того.
Сколько я так просидел, сжимая в руках холодную ладошку, я не знал.
Только по включенному вечернему освещению в палате было понятно, что вечер давно вошел в свои владения. А я все не спускал с нее глаз. Охранял как верный цепной пес.
И только когда длинные распушенные ресницы затрепетали, я оживился. Мира хмурилась, а затем распахнула свои невозможные глаза, сразу было понятно, что она не совсем понимала, где находилась, и только повернув голову в мою сторону, облегченно выдохнула. Я с трудом коснулся ее холодной щеки, прокручивая наш последний разговор.
К чему я пришел? Ни к чему, это была именно та стадия, когда уйти нельзя, но и остаться невыносимо, хотя бы по одной простой причине — я умирал без нее, а с ней понимал, что заставлю увядать ее. И в этой бесконечной веренице противостояний внутреннего Я мне удалось зарыться в дерьме по уши. Мира водила пальцем по моим рукам, и это было лучшее, что я чувствовал за всю свою жизнь. Меня буквально плющило от простых касаний.
— Леш, ты…как? — и вот первое, что она спросила, было «как же я». Ну упрек, не обида, а искреннее волнение. Почему я такой удачливый подонок?
— Тебя чуть на тот свет не отправили, а ты…волнуешься обо мне. Девочка моя, прости, — сжал ее ладошку и притянул к губам, целуя бархатную кожу. Что я еще мог сказать? — Кроме того, как валяться в ногах и просить прощения, ничего не могу. Да даже валяться в ногах не могу. Я вот такой. Бесполезный по всем фронтам кусок дерьма. Не заслуживающий тебя ни на грамм.
— Леш, ты чего? — прошептала охрипшим голосом. Посмотрела на меня с укором и одновременно с волнением.
— Я тебя чуть сам не…
— Не ты! Что за глупости вообще?! Леш, — девушка потянулась навстречу всем телом, сжимая в руках мое лицо. — Ты ни в чем не виноват, понял меня? Ни в чем, и мы со всем справимся, ты просто дай мне этот шанс. Мы со всем справимся, слышишь меня? — положила сою ладонь к себе на щеку, прикрывая глаза.
