Мне казалось, что весь видок говорил о том, что я не в духе, но, встретив Лешу, поняла, что не в духе была не я одна. Стянув пальто, быстро разулась. Выпрямилась и ждала своей участи.
— Сюда иди, — припечатал грозно, руки в боки, перед ним на столе стоял откупоренный коньяк. Верхние пуговицы белой рубашки расстегнуты, волосы взлохмачены. Плавающий взор скользил по моей фигуре, а затем резко остановился на глазах. Обжег.
Общая картина смутно напоминала мне кое-что. Слюна противно встала в горле. Я смотрела на рассвирепевшего Лешу и понять не могла, за что он так обозлился.
Страх противными щупальцами прошелся по позвоночнику. Сковал тело.
— Мирослава, подойти сюда, — рыкнул.
Не чувствуя ног, начала медленно маленькими шажками двигаться к мужчине. Каждый шаг отдавался спазмом в сердце. Только не сейчас, пожалуйста, ну почему именно сейчас. Язык прилип к небу, я продолжала смотреть в голубые омуты и идти резко, дергано. Сердце сжималось, давило с новой силой.
— Что за хмырь сегодня тебя лапал? — мужчина напрягся, считывая мельчайшие эмоции на моем лице.
— Никаких контактов с прошлой жизнью, Мира. Никаких, — дернулся в мою сторону, на что я моментально закрыла глаза, вдыхая спасительный кислород. Грудная клетка сжалась.
— Никто меня не лапал.
Просто пусть это закончится, пожалуйста. Переведя мутный взгляд на Лешу, столкнулась с его гордым профилем.
— Еще раз мне доложат о чем-то подобном, каждый последующий кадр отправится в травму. Думай о последствиях, девочка.
— Я в тюрьме, это уже поняла, но даже заключенным положены прогулки! — из последних сил выдала, вкладывая в голос остатки уплывающей уверенности. Она метко перебивалась страхом. — И общение с сокамерниками!
— У меня прекрасный сад на террасе. Вид на парк, да и в самом парке у дома гулять не перегулять, — мужчина развернулся как раз в тот момент, когда я зажмурилась от нового спазма в области сердца. В этот раз пронзило настолько ярко, что лопатки свело судорогой. — А что до общения, я к твоим услугам, — боковым зрением ухватила открытую улыбку без тени сарказма.
Как же нехорошо. Отвратительно.
— Эй, ты чего! — горячие ладони легли на плечи.
— Ничего, — попыталась придать лицу безмятежность."
"— От ничего люди не становятся бледнее стены! — крикнул, перехватывая меня двумя руками. Резко дернул за талию и усадил на стол. Уместился между ног и приподнял лицо двумя пальцами за подбородок. — Дыши давай. Витя, воды неси сюда.
