Руки у нее оставались связанными, и она вынуждена была повсюду передвигаться нос к носу со мной, стоя на коленях.
Это была не работа, а сплошное мучение.
Юта не давала мне небрежничать и зорко следила за тем, чтобы все было тщательно убрано. К тому времени, когда я вымыла половину клети и застелила ее чистой соломой, колени у меня горели, а спину ломило так, словно меня избивали плетьми.
Наступила очередь работать Лане. Руки мне связали, а ей, наоборот, освободили. Теперь я вынуждена была ползать перед ней на коленях, не удаляясь больше чем на фут от ее лица.
Лане, как и мне, пришлось вымыть свою половину клетки дважды.
Когда, казалось, наши мучения подошли к концу, Юта поставила нас на ноги и привязала поясок к металлическим прутьям клетки, перекинув его через продольные брусья так, что мы не могли даже присесть.
– Юта, – взмолилась я, – отпусти нас!
– Пожалуйста, – с униженным видом бормотала Лана.
Девушки остались глухи к нашим стенаниям.
Уже наступило утро. Снаружи мимо клети проходили спешащие на завтрак охранники и невольницы.
Они смеялись над нами. Всем было хорошо известно, что мы с Ланой отлыниваем от наведения порядка в своей камере. Никто не испытывал к нам сострадания. Мы чувствовали себя униженными. Даже Лана, стоящая на коленях пeред железной решеткой, привязанная к ней за колечко в носу, уже не казалась такой самоуверенной и надменной, как обычно.
Нашу клеть отомкнули. Юта с Ингой отправились на завтрак. Мы с Ланой остались стоять связанными.
Когда девушки вернулись, мы с Ланой уже утратили все остатки былого высокомерия.
– Я буду работать, – униженно пробормотала Лана.
– Если не будешь, – сурово пообещала Юта, – в следующий раз ты не отделаешься так легко.
Лана кивнула. Она была сильной девушкой, но знала, что в невольничьей клети она полностью зависит от воли большинства. Юта и Инга ясно продемонстрировали свою силу."
"– А ты, Эли-нор, будешь работать? – поинтересовалась Юта.
Как я ее сейчас ненавидела!
– Буду, – угрюмо пообещала я.
– Хорошо, – удовлетворенно согласилась Юта и поцеловала нас с Ланой.
– Давай развяжем этих рабынь, – предложила она Инге.
Ее сообщница молча принялась развязывать нам руки.
– Время отправляться на учебу! – сообщил проходящий охранник. – Всем приготовиться к утренним занятиям!
Мы с Ланой приуныли: позавтракать мы не успевали.
И тут Юта вытащила из-под рубахи тайком принесенные наши порции. Мы посмотрели на нее с благодарностью.
Я знала, что больше отлынивать от общей работы я не буду.
