Последние аккорды музыки угасли.
Я опустилась перед ним на колени, покорно склонив голову к его ногам.
Зрители на мгновение замерли и затем разразились бурей аплодисментов. Даже девушки, я видела, неистово колотили ладонью правой руки по левому плечу.
К Раску приблизился один из его воинов.
– Наказать ее плетьми? – спросил он. Я покрылась холодным потом.
– Нет, – покачал головой Раск и жестом показал, что я могу оставить площадку. – Пусть танцуют другие невольницы.
Я подняла с земли свою шелковую накидку и отошла от костра.
Все во мне дрожало от возбуждения. Я была мокрой от пота и едва держалась на ногах.
Рафф и Прон вытолкали на песочную площадку Ингу с Реной, требуя, чтобы те продемонстрировали свое мастерство в танце.
Зрители шумно переговаривались, делясь впечатлениями.
Я поспешила укрыться в темноте и тут же наткнулась на поджидающую меня Юту.
– Ты очень красивая, Эли-нор, – заметила она.
Я промолчала и пошла за ней к кухонному бараку.
Здесь Юта омыла меня водой и протянула полотенце.
Я насухо вытерлась и собралась отправляться в барак для рабочих невольниц.
– Нет, – остановила меня Юта. Я с удивлением посмотрела на нее.
– Приведи себя в порядок, – сказала она, – и снова наложи косметику.
– Зачем? – спросила я.
– Делай то, что я тебе говорю, – приказала она. Я послушно наложила тени на веки и накрасила губы. Юта привязала мне к рукам колокольчики.
– А теперь сиди здесь и жди, – сказала она.
Больше двух часов мы просидели с ней на кухне.
Наконец праздничный шум начал стихать, и воины, прихватив с собой понравившихся им невольниц, стали расходиться по своим палаткам.
Юта подошла и помазала меня за ушами и на груди туалетной водой.
Меня пронзила страшная догадка.
– Нет! – воскликнула я. – Только не это! Лицо Юты оставалось непроницаемым.
– Отправляйся в шатер Раска, – приказала она.
Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться…
– Входи, – сказал Раск. Я вошла в его шатер."
"В этот момент я с наибольшей остротой ощущала свою беспомощность и полнейшее одиночество.
– Опусти полог шатра, – распорядился Раск из Трева.
Я задернула полог и стянула его края кожаными ремнями, отделяя себя и моего повелителя от всего внешнего мира.
Обреченно уронив руки вдоль негнущегося тела, я повернулась к нему.
Над полной пылающих углей жаровней стояла тренога, предназначенная для установки железного бочонка и подогрева в нем вина.
Изнутри шатер был обтянут красным шелком.
