Пленница мужского клуба

Вячеслав постарался снова сосредоточиться на ее ласках и заставить свой член подняться.

“Хватит думать о дурном, если мой куколка не выживет, я заведу себе другую, хотя бы вот эту! Думаю, ее тоже можно будет водить в красную комнату и даже она не будет против!” – с этими позитивными мыслями он продолжил наслаждаться чудо-массажем ног.

Развернув Майю к себе задом, он приподнял одну ногу и попытался вставить в ее лоно большой палец. У него это никак не получалось и слегка нервировало. Девушка сама помогла рукой и дело пошло быстрее.

Он вгонял в нее свой палец, делая поступательные движения и его член снова стал подниматься. Этот факт подарил ему успокоение и он снова с интересом стал играть в эту новую игру.

Повернув девушку снова к себе лицом, он стал активно засовывать ей в рот ступню, агрессивно дергая ее внутри, пытаясь протолкнуть ногу, как можно дальше. Попытки не пользовались успехом, дальше пальчиков ступня не шла, ширина рта не позволяла это сделать. Вячеслав разочаровано вытащил ногу из ее рта и посмотрел на свой член.

Майя, словно прочитав его мысли, медленно двигалась языком по ноге, подбираясь к его проблемному месту. Это вновь начало возбуждать и Вячеслав облегченно вздохнул.

“Да все со мной в порядке, просто футфетиш не всем подходит, видимо, это не мое, ну не вставляет, а хороший минет, еще никогда никого не подводил. Сейчас эта милашка начнет сосать и я приду в норму”, – он начал активно подмахивать тазом, стараясь ускорить, медленно ползущий к его члену, язык.

Когда ее лицо приблизилось к мужскому достоинству и он ощутил ее нежное дыхание всей своей кожей, его снова охватило легкое возбуждение и волна наслаждения пробежала по телу.

Эта девушка делала с его телом что-то невообразимое, у него складывалось впечатление, что он знает ее всю жизнь и что им суждено было встретиться. Может быть, они знали друг другу еще в прошлых жизнях? Она каким-то магическим образом узнавала все его желание и сразу же превращала их в жизнь.

Он смотрел на нее и волновался, как мальчишка. Ему неожиданно стало стыдно за свой постоянно падающий инструмент, но видя в ее лице теплоту и нежность, он расслабился.