Пленница мужского клуба

Месяц без Ангелины он выдержать не мог. Целый месяц без секса – это невозможный ад. Вячеслав еще до конца не осознал, что его ждет, но страшное предчувствие уже подкралось к его горлу. Сексуальные игры – это единственная радость, которая приносила ему успокоение и отвлечение от повседневных рутинных дел.

Ангелина помогала уйти от этого мира и проявить свою настоящую сущность. Помогала ему раскрыться, и только с ней, он мог снять свою маску и быть самим собой. С ней он мог вытворять, что угодно.

Ни с одной женщиной он не достигал такого удовлетворения.

Майя могла бы заменить ее, без труда, и возможно, он смог бы со временем забыть Ангелину, но странная привязанность, не отпускала. Она держала его за самое драгоценное, что у него было, за его мужское достоинство.

– Майя, побудешь со мной до завтрашнего вечера?

– С радостью, господин! Мне нравится быть с вами рядом!

– Я не хочу ехать домой, не хочу снова уходить с головой в работу. Хочу насладиться еще немного твоим присутствием.

Мне кажется… Я не смогу без тебя жить!

– Господин, я с радостью буду с вами всегда, когда вы только захотите!

– Майя… – тихо произнес Вячеслав, – Майя, мне кажется, что это любовь с первого взгляда… Я никогда в это не верил, но сейчас…

Девушка смотрела в его глаза и он ощущал, как улетает от одного ее взгляда.

– Я люблю тебя! Слышишь, люблю! Я думаю, что это та самая, настоящая любовь!

Майя продолжала смотреть на него и успокаивающе гладить.

Она так привыкла слышать эти слова, почти от каждого своего клиента, что ее они, уже нисколько не трогали. Очередной бедолага попался на крючок ее чар, а завтра его отпустит и он забудет о своих словах.

“Что он может знать о настоящей любви? Ангелина рассказывала, как он заманил ее на яхту и с друзьями, по очереди, изнасиловали, а потом еще и заточил ее в этом чертовом клубе! Такой человек не знает, что такое настоящая любовь, обычно такие путают ее со страстью и желанием овладеть женщиной.

”

Ночные кошмары

Эту ночь Вячеслав почти не спал. Стоило только ему закрыть глаза, как он снова и снова видел образ Ангелины. В одном сне она лежала и смотрела в потолок. В другом, он видел ее в гробу. В третьем, она стояла над ним и замахивалась ремнем. Каждый сон был, по-своему, страшен.

Внезапно, он провалился глубоко-глубоко и очутился в далеком детстве, в прокуренной комнате старой общаги.