Пленница тирана

Сразу — и насмерть, оба, их даже не успели довезти до больницы.

Я просто оцепенела от невозможности того ужаса.

Нет! Это не могло быть правдой!

Их хоронили в закрытых гробах, на опознание ездил Игорь, и я, так и не видев родителей мертвыми, так до конца и не могла поверить в то, что все — на самом деле, что их больше нет!

Каждый миг вздрагивала, — казалось, вот сейчас повернется ключ в замке, и они войдут в квартиру, как всегда, смеясь над чем-то и таща пакеты в покупками, а я, как обычно, утащу эти пакеты в кухню, говоря им, что приготовлю ужин, после которого они уже не будут сомневаться в том, что я — просто прирожденный кулинар!

Каждый раз нервно посматривала на телефон, ожидая, что сейчас раздастся знакомая мелодия звонка, которую я установила на родителей, и родной голос спросит, как у меня дела и когда я уже буду дома.

Сто раз заглядывала в телефон постоянно проверяя в пропущенных. И так и не находя среди них самого главного звонка…

Я не могла. Не хотела, просто не могла поверить, что все — кончено, что их больше никогда не будет! Это невозможно! Такого просто не может быть!

Меня начинало срывать на истерики, и тогда Кирилл все чаще оказывался рядом.

Игорь, конечно, тоже старался мне оказывать поддержку, но на самом деле она была нужна ему самому не меньше, чем и мне.

Ведь это неправда, что мужчины все переживают легче.

Он страдал совсем не меньше, чем я.

И даже начал прикладываться к спиртному…

Кирилл не выходил в те дни из нашей квартиры. В отличие от остальных, он оказался настоящим другом, — а ведь многие от нас тогда просто отвернулись, и цена их дружбы стала яснее ясного, — им просто нужен был отец.

Некоторые из тех, кого я считала подругами, даже бросили мне в лицо что-то вроде «посмотрим, как ты теперь будешь жить без папочки, как обычные люди».

Но на фоне нашей потери все это были мелочи, хотя болезненно прожигало грудь. Весь мой мир, к которому я привыкла, разрушался.

Игорь с Кириллом часто закрывались в кухне и о чем-то говорили так, чтобы я не слышала. Часто их разговор переходил на повышенные тона.

Я не вникала, не прислушивалась, — мне все это было неважно.

Но кое-что все же поняла, — оказывается, нам остался огромный кредит за новую квартиру, в которую мы не так давно въехали, и, если сейчас чего-то срочно не придумать, то нам с Игорем будет просто негде жить.

Для меня и это было неважно.