Пленник ее сердца

Звонить в колокольчик в надежде, что им принесут чай, показалось Гриффину пустой затеей, и посему он налил лорду Пейну бренди, а дамам предложил херес.

– Полина, что происходит? – воскликнула легковозбудимая жена Пейна. – Что он с тобой сделал?

– Всего лишь предложил место компаньонки герцогини, и я с радостью приняла это предложение.

– Так ли? – с нескрываемым скепсисом переспросила леди Пейн. – И где сейчас герцогиня?

– Наверху. Улаживает одну мелкую проблему с прислугой.

– Меня это не удивляет, – с ехидством прокомментировала Минерва.

 – В этом доме прислуге часто достается от хозяев. – Она многозначительно посмотрела на Полину, потом перевела взгляд на Гриффина. – И вы хотите, чтобы я поверила, что между вами не было ничего предосудительного?

– Вас это никоим образом не касается, как мне кажется, – заметил Гриффин. – С какой стати вы меня подозреваете?

– Речь не о подозрениях. Я знаю, на что вы способны. И моя к вам неприязнь базируется не неоспоримых фактах. Я была в вашем омерзительном «дворце наслаждений».

 – Леди Пейн обернулась к Полине. – Ты знаешь, что он превратил один из своих загородных домов в гнездо разврата?

Полина покачала головой.

– Нет, миледи. Мне не положено об этом знать. Я всего лишь компаньонка герцогини.

Грифф нахмурился. С чего бы вдруг Полина сделалась такой паинькой? Он не узнавал ее. Уж точно перед ним была совсем не та женщина, что ночью держала его в плену своих поцелуев.

– Этот дом имеет название – «Уинтерсет-Гранж», – доложила Полине очкастая инквизиторша.

 – Мы с Колином останавливались там в прошлом году на ночлег по пути в Шотландию. О, это место – обитель зла. – Минерву передернуло от воспоминания.

– И все же вы не отказались воспользоваться моим гостеприимством, – напомнил Гриффин. – И уж простите меня, леди Пейн, я не уверен в том, что ваши моральные принципы дают вам право кого-то осуждать.

– Что вы этим хотите сказать?

– К вопросу о той достопамятной поездке в Шотландию. Позвольте напомнить вам, что вы тогда находились в бегах и спешили оформить отношения с мужчиной, чья скандальная репутация была притчей во языцех всего Лондона и на брак с которым ваши родители согласия не дали.

И, если вы позволите, я бы хотел добавить, что, остановившись в Уинтерсет-Гранже, вы назвались чужим именем. Мне помнится, Пейн представил вас как Мелиссандру, принцессу из какого-то затерянного в Альпийских горах королевства, обученную хладнокровно убивать политических соперников, но, увы, не обученную английскому языку.