Пленник ее сердца

Самый верный путь расположить к себе тех, кто от скромности не страдает, – говорить как можно меньше, чтобы дать им возможность вволю поразглагольствовать о себе любимых.

– Халфорд! – Джентльмен с нездоровым румянцем на лице заступил им дорогу.

Откуда он взялся? И как далеко от них заветная дверь?

– Не видел тебя целую вечность! Куда ты пропал, старина? Прошел слух, что тебя оспа одолела. – Краснолицый господин, завладевший свободной рукой Гриффина, одарил Полину улыбкой во все тридцать два зуба. – Кто это с тобой?

– Мисс Симмз из Суссекса, гостья моей матери.

Джентльмен поклонился и заговорщически подмигнул Гриффину.

– Что, боишься ее отпустить, да?

– Она впервые в столице и нуждается в поддержке.

Между тем оркестр заиграл вальс.

– Но на один танец ты позволишь ее украсть? – Мартин протянул Полине руку в белой перчатке и поклонился. – Мисс Симмз, можно вас пригласить?

Полиной овладела паника.

– Халфорд не станет возражать.

Полина не вполне поняла, что джентльмен хотел этим сказать, но что бы это ни было, тон ей не понравился.

– Она не станет с тобой танцевать, – с глубоким вздохом произнес Гриффин. Похоже, он и сам не верил в то, что сумеет сказать то, что собрался. – Этот танец обещан мне.

С этими словами он увлек ее за собой на середину зала, прочь от обескураженного Мартина.

Полина изо всех сил старалась не выдать мимикой своего ужаса.

– Я поведу. Другого способа удрать отсюда у нас все равно нет.

Полина впервые в жизни танцевала вальс. Будучи до известной степени ограниченным в маневрах, Гриффин держал локоть на отлете, и поэтому, не имея возможность направлять движения партнерши нажимом ладони, вести ее в танце, как обещал, не сумел, так что Полине пришлось импровизировать на ходу, передвигаясь мелкими шажками на цыпочках.

Как бы там ни было, им удалось наконец добраться до заветных дверей.

– Какая необычная манера исполнять вальс, – заметила какая-то пожилая матрона, когда они устремились к выходу.

– Венгерская вариация, мадам, – сообщил ей Гриффин, прежде чем открыть перед Полиной дверь. – В Европе считается особым шиком.

– Ловко вы вывернулись! – едва сдерживая смех, заметила девушка, как только они вышли в сад.

Гриффин пожал плечами и сказал:

– А теперь отпустите меня.

– Будто я виновата! Пуговица-то ваша. И зацепилась она лишь потому, что вы бросились меня спасать.