Пленница Лютого (СИ)

С хриплыми нотками возбуждения, сорванной буквой «а», которая вот-вот в стон сорвётся. Только сильнее возбуждаюсь от всего.

Кристина – афродизиак хренов.

Наркота, от которой меня кроет.

Тут реабилитация не поможет.

Просто брать, пока не откинусь.

– Я не обязана делать то, что ты хочешь.

Выпаливает скороговоркой, задыхается. Отстраняюсь от неё, намеренно не касаюсь, хотя кожу жжет от желания. Но терплю, себя ломаю, хочу посмотреть на то, сколько у неё смелости проснётся.

– Я реагировать могу так, как хочу.

Не обязана стонать.

– Но ты стонешь, златовласка. Охренительные звуки.

– Но… Не должна громко, чтобы ты слышал. Ничего не должна. Делать как ты хочешь тоже… И…

– Ничего не должна?

Я подсказываю, усмехаюсь, получая в ответ кивок. Давно Кристина такой решительной не была. В прошлые разы она была совсем другой. Растерянной, но послушной. Делала всё, а теперь характер показывает.

А это только сильнее заводит, прикручивает гайками к себе.

Поднимаюсь с кровати, а девчонка тут же вскидывается.

Дёргает головой, пытаясь понять в какую сторону я ушел. Намеренно молчу, оставляя её в неведении. Скидываю лишнюю одежду, отбрасываю рубашку прочь. Кристина тут же поворачивается в ту сторону, прислушивается.

И вскрикивает, когда я хватаю её лодыжки, дёргаю к краю кровати. Устраиваюсь между ножек и до упора вхожу, без предупреждения. Хватит игр, член ломит, сейчас взорвётся от напряжения.

– Узкая такая, - довольно выдаю, когда полностью заполняю девчонку. Крышу рвёт. Хорошо, пиздец как хорошо.

– Влажная. Обхвати меня ногами.

Кристина даже не спорит, послушно выполняет, давит пятками на поясницу. Делает всё, такая потерянная от проникновения. Надо было раньше трахнуть, чтобы получить такую отдачу.

Двигаюсь в ней – и это лучшее. Просто лучший вариант жизни, блядь.

Вот так вот до смерти.

В ней, под тихие стоны, с жаром её тела.

Запахом, от которого голову кружит.

Впиваюсь в сочные губы, давлю языком, пока Кристина не впускает меня. Наши языки сталкиваются, и меня кроет.

Срывает, заставляет долбить узкую дырочку, срываясь на бешеный ритм. Влажные хлопки заполняют комнату, подталкивают двигаться ещё быстрее.

– Лютый… Лю-тый. Лю…

Девчонка как в бреду повторяет моё имя, хнычет, когда я едва касаюсь её. Чувствую, насколько ей хочется большего. Сжимается, ерзает, касается меня пальчиками, волосы мои тянет.

Её желание лучший, сука, подарок.

И я получу от него всё.

– Черт, - ругается, когда я резко останавливаюсь.