Пленница судьбы

Мари понимала: веселый открытый нрав Талассы говорит о том, что девочке хорошо и привольно живется в семье.

— У тебя замечательные родители, — сказала Мари, — и братья тоже.

Они долго гуляли по берегу океана, бродили между скал, а потом по лугу…

Воспоминания о прошлом перестали быть просто воспоминаниями в тот миг, когда Таласса впервые вложила свою руку в ладонь Мари.

— Почему вы так долго не возвращались? — поинтересовалась девочка.

Мари остановилась. Ветер слизывал слезы с ее щек.

— Не могла. Мне казалось, я не сумею противостоять боли, которая была… только моей.

Таласса смотрела непонимающе, и тогда Мари промолвила:

— Я хочу тебе сказать… Я понимаю, что, наверное, еще рано, но боюсь, если я не сделаю это сейчас, то не решусь никогда. Я обсудила это с твоей… мамой, она не против. В отличие от меня она не боится потерять твое доверие, понимание и… любовь…

Она говорила, не зная, что будет дальше, говорила, глядя на вершины скал, на океан, на то, в чем только и можно черпать успокоение, в чем стоит искать спасения.

Выражение лица у Талассы было сначала растерянным, потом стало почти несчастным.

— И вы… не хотели забрать меня к себе?

Мари перевела дыхание.

— Очень хотела. Но тогда я была слишком не уверена в себе, в своем будущем. А у тебя была замечательная мама, и тебя нашел твой отец. Я боялась вырвать тебя с родной почвы, переселить в чужой мир. Хотя мой муж считал, что я неправа. И теперь, если ты сможешь меня простить, я хотела бы принимать участие в твоей судьбе. Ты можешь приехать ко мне в гости в Париж.

— Пока что я могу вам писать.

Мари улыбнулась. Больше всего она боялась, что все ее слова просто повиснут в воздухе.

— О да! Я буду очень рада!

Она прожила на острове две недели и большую часть времени старалась проводить с Талассой. Они вместе съездили на Малые скалы — к Клоду и Жанне Мелен. Корали и Эжен старались им не мешать. Эдмон носился по острову и играл со своими двоюродными братьями, а Кристиан часто стоял или сидел на берегу и смотрел на океан.

И когда они плыли обратно с Малых скал, она повернулась к нему и, чувствуя на губах соленые брызги, негромко позвала:

Он отошел от борта, где стоял рядом с Эдмоном, и приблизился к Мари.

— Что ты хочешь мне сказать?

«С тобой приятно быть рядом, потому что ты умеешь дарить надежду.