Пленница Вепря

Муж задумчиво разглядывает Вестминстерский мост, заканчивающийся чуть ли не у порога отеля. Зачарованно глазеет на башню Биг-Бена и откидывает в сторону полотенце. Я беззастенчиво любуюсь широкими плечами и узкими бедрами любимого. Пожираю глазами голого мужика, стоящего на фоне самого знакового пейзажа.

«Какой же у меня красивый муж», — довольно, будто кошка, потягиваюсь я и тихо зову:

Веприцкий окидывает меня веселым взглядом и, подражая Челентано, разбежавшись, прыгает в постель. Сжимает меня в стальных объятиях и весело предлагает:

— Пойдем, погуляем, чижик.

Меня долго упрашивать не надо. И уже через полчаса мы с мужем лениво бредем под зонтом вдоль набережной Темзы. Смотрим на серую воду и на величественные особняки, расположившиеся на другой стороне реки.

— Вот бы в Британский музей сходить, — мечтательно разглагольствую я и тут же замечаю недовольную гримасу Веприцкого.

— Ну какие музеи, чижик? — бормочет он недовольно и, кивнув на колесо обозрения «Лондон ай», как бы невзначай интересуется: — Не хочешь прокатиться? Посмотрим на город с высоты птичьего полета.

— С тобой я на все согласна, — легкомысленно бросаю, и только оказавшись в стеклянной кабине, понимаю, что попала сюда не просто так.

— Давай, вещай, — требует муж, деловито усаживаясь напротив. — Кому и что рассказывала о нашем плане.

— А? Что? — задыхаюсь от возмущения и, только поймав суровый взгляд мужа, понимаю, что где-то наша идеальная задумка дал трещину.

— Что-то случилось? — осведомляюсь поспешно и даже не смотрю на построенные не так давно небоскребы причудливой формы.

— Где-то произошла утечка информации, — недовольно морщится супруг. — Кто-то вломил тебя по полной программе, чижик. Замечательный нарком товарищ Алекс уже в курсе. И он готовится… Поэтому постарайся вспомнить, кому и что ты говорила. Ясное дело, Алиса не считается…

С самой верхней точки «Лондонского глаза» я смотрю на распростершийся внизу город.

— Да ни с кем, — печально вздыхаю я, — только Рокси написала детали. Она обещала помочь.

— Ну конечно, — раздраженно морщится Родион, — только вот не сказала, кому именно собирается помогать. Но это даже и хорошо, — обнадеживающе улыбается он. — Бакли-Рвакли-Пакли будет ждать нас, готовиться, перетирать столовое серебро. А мы его продинамим.