Пленница Вепря

— Я работаю над этим, — усмехается Тин и снова смотрит на меня. Строго и немного озабоченно. — Расскажи про букет, Маюша, — просит он, называя меня старым детским именем. Вепрь абсолютно прав. Небось целую разведывательную операцию провел и ему точно известны все мои адреса кроме бабушкиной квартиры.

— Я ничего не знаю, Павлик, — тяжело вздыхаю я. — Букет мне вручил жених, — я указываю на Веприцкого, — а ему вон тот тип передал, — вламываю Люка-Хряка по полной.

— А ты, Бессонов, где букетиком разжился? — лениво поворачивается Щетинин к Люку.

Теперь понятно, почему такое прозвище. Скопище интеллектуалов, твою мать.

— У Артема. Он с рынка привез, — бурчит недовольно Люк, под строгим взглядом Вепря поднимаясь из-за стола и уступая мне место. Муж подводит меня к креслу, нагретому булками толстяка, и я отчетливо понимаю, что просто не могу сесть на мягкое кожаное сиденье и почувствовать его тепло. Меня вырвет, честное слово.

— Нет, — мотаю я головой и пытаюсь освободиться из железного захвата. — Я постою.

Зря ты согнал человека, Родичка, — мурчу я, постепенно вытаскивая пальцы из лапищ Вепря.

— Тогда я сейчас всех подниму, — угрожающе рычит муж. — В присутствии женщины мужики не сидят.

— Это атавизм, милый, — шепчу я и вижу, как вытягивается морда Люка-Хряка. Наверное и слово он никогда не слышал.

— Садись на мое место, Майя, — решает Родион, видимо догадавшись об истинных причинах. — И давайте уже перейдем к делу.

Наблюдая, как я церемонно усаживаюсь за широкий письменный стол, муж задумчиво чешет башку и осведомляется в присущей ему хамской манере: — Ты все схомячила или там хоть что-то осталось?

— Не притронулась, — криво усмехнувшись, бросаю я и добавляю елейный голоском: — Покушай, милый.

 — Я вижу, как Вепрь, стиснув зубы, выходит из комнаты в спальню, наблюдаю за Пашкой. Бывший сосед, опустив голову, силится не рассмеяться. Шкаф в очочках пялится на меня во все глаза, а товарищ Люк косится недовольно.

— Вот, — на правах хозяина Родион выносит из спальни поднос и водворяет его на стол.

 — Все нужно съесть, — бурчит он и тут же кивает Люку. — Позвони на кухню. Пусть нарежут еще бутеров и принесут вместе с кофе.

— Мне зеленый чай, — встреваю в разговор я. — И, если есть, выпечка без глютена.

— Что? — хором спрашивают муж и его помощник.

— Такого не держим, милая, — ухмыляется Веприцкий. — Но ты скажи, завезем. Итак, народ, — заявляет он хрипло, становясь около меня и укладывая свою лапищу на изголовье кресла.