Пленницы судьбы

При этом он занимал особое место при дворе Екатерины II. Слов нет, Бецкой был ловким царедворцем. Не каждый мог удержаться наверху после переворота, при смене власти. На так называемых «крутых виражах истории» Бецкой удержался в седле и пользовался доверием Екатерины II, так же как и ранее он пользовался доверием ее супруга императора Петра III. Одни полагали, что Бецкой вовремя предал императора и перебежал к Екатерине, другие видели в этом одну из дворцовых тайн. Они говорили, что Бецкой очень приближен к Екатерине потому, что он — истинный ее отец.

Все, мол, сходится: Бецкой в 1728 году был в Германии, там был особенно дружен с ангальт-цербстской принцессой Иоганной Елизаветой (в другой редакции — волочился за ней), будущей матерью Екатерины Великой. А дальше, мол, все понятно...

Думаю, что это обычные слухи о происхождении великих, вроде рассказов о том, что Суворов — сын Петра Великого. Правда здесь лишь то, что Бецкой при дворе Екатерины занимал особое место.

Она относилась к нему по-родственному, тепло. Бецкой был ее советником во многих делах, долгие годы Иван Иванович оставался ее личным чтецом и собеседником, они даже ссорились, что позволялось далеко не всем приближенным и придворным. Но все же их объединяло родство особого характера — и Екатерина, и Бецкой, стоя крепко на русской почве, были «гражданами Республики Просвещения», жили в мире тогда популярных высоких идей и поэтому так хорошо понимали друг друга. Как и его покровительница Екатерина II, он находился под обаянием идей Просвещения, был убежден, что все несчастья России — от невежества, отсутствия культуры и образования.

Что же были за идеи, воодушевлявшие этих «граждан»? Бецкой и Екатерина обсуждали одну из распространенных проблем века Просвещения — как усовершенствовать мир, как вывести новую «породу» русских людей, умных, честных, законопослушных. Мысль эта не нова, и для нас особенно, — мы видели, как рухнули замыслы воспитать нового человека коммунизма.

Но тогда, в XVIII веке, мысль о выведении «новой породы» не казалась нелепой. Оба были убеждены, что ребенок — это глина, которая примет ту форму, которую придаст ей воспитатель, проникнутый такими идеями Просвещения, как свобода, равенство, ценность человеческой личности. Нужен только новый инструмент, новая система образования и воспитания. И Бецкой, поддержанный Екатериной II, взялся за создание такой системы.