Написав несколько научно-популярных книг о женщинах на русском троне, я не ожидал, что в наступившую эпоху расцвета гендерных исследований в России мои работы подвергнутся довольно жесткой критике со стороны сторонниц этого научного направления. Так, на одной из недавних конференций в Петербурге прозвучали упреки по поводу моих трактовок правления императриц XVIII века. Автор доклада утверждала, что я пишу о несостоятельности этих государынь исключительно из-за их принадлежности к так называемому «слабому полу» и что название главы о Екатерине I в книге «Россия без Петра» («Может ли кухарка управлять государством?») уничижительно для (как выражаются радикальные феминистки) «вагинальных императоров».
Эти обвинения я с гневом отвергаю как несправедливые: во-первых, потому, что я не страдаю мужским шовинизмом и являюсь сторонником реального, а не декларативного равенства полов, во-вторых, я убежден, что несостоятельность названных государынь была обусловлена не их принадлежностью к женской половине человечества, а личной, персональной неспособностью быть государственными деятелями (что сплошь и рядом можно сказать и о мужчинах).
В-третьих, дав такое название главе о Екатерине I, я неприкрыто корреспондировал к знаменитому высказыванию В. И. Ленина, подчеркивая тем самым, что кухарка, каким бы замечательным человеком она ни была, по своему уровню подготовки управлять государством не может. То же можно было бы сказать и о поваре-мужчине.
При этом я ни в коем случае не утверждал, что управлять государством женщина не может. Между тем проблема женщины у власти действительно серьезна и, как мы знаем, не разрешена и до сих пор: известных женщин современной российской политики можно пересчитать по пальцам, что кажется фактом печальным, унижающим нашу европейскую страну. В XVIII же веке мы сталкиваемся с парадоксом: в стране повсеместно господствуют нормы Домостроя XVI века, русское общество однозначно трактуют женщину как существо второго сорта, а у верховной власти могущественнейшей империи на протяжении почти 75 лет почти непрерывно находились женщины.
Велика была их роль в политике и в последующие времена: вспомним обеих императриц по имени Мария Федоровна (первую — жену Павла I, и вторую — супругу Александра III), да не забудем, что и последняя царица, Александра Федоровна, была весьма причастна к политике и к печальному концу династии Романовых.
