Пленницы судьбы

Не выдержав лишений, в 1747 году умер заболевший какой-то «ножной хворью» Степан Лопухин. Под конец он даже сблизился с женой, с которой ранее жил отдельно. Сообщая о смерти Степана, охранник Лопухиных поручик Ангусаев писал о Наталье, что она «под моим караулом содержится неослабно» по-прежнему.

Немая «арестантша» Наталья прожила дольше всех. Мы бы ничего не узнали о ее жизни, если бы оттуда, из преисподней, не пришла весть: в 1758 году Святейший Синод горделиво рапортовал государыне Елизавете, что в Сибири приняли православие аж 2720 душ язычников, а также «содержащаяся в Селенгинске Степана Лопухина вдова Наталья Федорова» — Наталья по приговору утратила дворянство и с момента казни звалась как простолюдинка: имя отца стало ее фамилией.

Видно, что-то сдвинулось в ее душе — лютеранка ты или православная. Бог един, да и в церковь теперь вместе со всеми арестантами станут водить, а это для каждого узника становилось важным событием: проведут по улице, где ходят свободные люди, увидит небо, солнце, услышит птиц, да и в церкви душа отогреется.

Спасение пришло только через семнадцать лет. С новым императором Петром III, вступившим на престол в конце 1761 года, самовластье подуло в другую сторону — свободу получили все враги предшественницы нового государя Петра Федоровича.

Но машина прощения, в отличие от машины царского гнева, работает со скрипом, медленно. В январе 1762 года вышел указ, по которому Наталью Лопухину надлежало отпустить из Сибири и поселить в одной из деревень, «где пожелает». Она вернулась из Сибири только летом 1763 года и вскоре умерла... Мы ничего не знаем о ее последних месяцах и днях. Наверняка ее жизнь была истинным мученьем — известно, что лишенный языка человек ест с трудом, а по ночам часто кашляет потому, что постоянно захлебывается слюной. ..

Императрица Екатерина II: сотворение себя

Поразительно восприятие времени! Екатерина считает, что она видит уже шестое поколение своих современников, но для нас они — одно, «екатерининское поколение». Да и сами они — современники Екатерины II — воспринимали себя как людей одного екатерининского века.