Плевать на все с гигантской секвойи

Ты говоришь, у тебя нет подруг, вот и дошла черт знает до чего! Давай-ка, Марик, поедем сейчас ко мне, посидим, мы хоть и не близкие подруги, а все же давно знаем друг дружку, так почему ж нам не поговорить по душам? Мне тоже есть на что в жизни поплакаться… У меня с мужиками знаешь какая проблема? Вот попадается мне мужик, я в него влюбляюсь как полоумная и начинаю баловать… И ведь знаю, нельзя этого делать, а все равно… Люблю, жалею, хочу от всех неприятностей оградить, помочь чем можно, а они меня за это ногами пинают… Как тут быть? Я начинаю вникать в их жизнь, выслушивать их исповеди, они, сволочи, сначала и рады, вываливают на меня всю свою помойку, а потом спохватываются и меня же начинают ненавидеть… Я решила: все, рожу себе ребеночка и пошлю папашу ко всем чертям…

– Выполнила программу, все получилось… Только ребеночек дауном оказался и прожил три года всего… Вот такие пироги! А ты говоришь… У тебя все хорошо, так радуйся этому, Марик, радуйся! У тебя сын здоровенький?

– Слава богу! Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить, – постучала по дереву Марина.

– Так прыгай от счастья, дура! Ленку Заозерскую помнишь?

– Конечно! Только я ее после школы ни разу не видела.

– А я с ней дружила! И знаю, у нее дочка в пятнадцать лет наркоманкой стала, умерла от передоза, а Ленка с собой покончила!

– Впечатляет? А Фариду Зарипову помнишь, уж какая красотка была…

– Почему – была? – еле слышно спросила Марина.

– Потому что замуж за алкаша вышла, а тот ее бил смертным боем и однажды все зубы выбил, челюсть сломал…

– Но зубы можно вставить… – испуганно заметила Марина.

– Зубы можно, но душу новую не вставишь, вот Фарида и спилась. В пьяном виде под трамвай попала… Слава богу, насмерть…

Под грузом внезапно обрушившихся на нее чужих несчастий Марина почти физически согнулась.