Плевать на все с гигантской секвойи

– Признайтесь, Михаил Петрович, она вас волнует?

– Теоретически должна волновать, это как раз тот тип женщин, которые мне обычно нравятся, но эта и вправду чересчур хороша… Нет, честно говоря, не волнует! И не потому, что зелен виноград.

– Вероятно, вы переутомились! Или, как говорили в прежние, не столь циничные времена, ваше сердце занято?

– Это заметно? – встревожился Михаил Петрович.

– Да нет, я просто высказал предположение, но вы проговорились, Михаил Петрович! Это непрофессионально, что в вашем случае может быть оправдано лишь крайним переутомлением, – засмеялся Семен Давыдович.

 – А посему меняем тему, а еще лучше – давайте выпьем за дам сердца! У меня тоже есть дама сердца!

– Ну вам сам Бог велел, вы еще молодой человек.

– Тридцать девять уже.

– Уже? Еще! У вас все впереди, друг мой! А давайте перейдем на «ты»!

– Для меня это большая честь, я с удовольствием! – обрадовался Семен Давыдович.

Они еще хорошо выпили, и Семена потянуло на откровенность.

Он поведал коллеге о своей великой любви. Еще в школе он влюбился без памяти в девочку по имени Стелла. У них начался бурный роман, который продолжался и после школы. Из-за нее он категорически отказался уехать с родителями и сестрой в Израиль, а она через год выскочила замуж за другого. Поначалу Сема был убит, но жизнь берет свое, и он женился на милой девушке, которая родила ему двойняшек, мальчика и девочку. Со временем он полюбил Лизу за ее чудный характер, за то, что была она прекрасной женой и матерью, и уже считал себя счастливым, как вдруг опять появилась Стелла…

– В общем, достаточно банальная история, – резюмировал Семен Давыдович.

– И что же теперь? – с тревожным любопытством спросил Михаил Петрович.

– Стелла осталась, как говорится, у разбитого корыта. Я мог бы, наверное, торжествовать, но почему-то не получается. К тому же у нее больное сердце…

– Да, – просто ответил Семен Давыдович. – Но и Лизу я тоже люблю.

И не могу бросить детей. К тому же я подозреваю, что у Стеллы есть еще кто-то.

– Но если так, ты мог бы чувствовать себя свободным.

– Я не хочу чувствовать себя свободным от нее, понимаете? А, хватит об этом, простите, что я разоткровенничался. Михаил Петрович, предлагаю тост за вас! Ваш сегодняшний успех…

– Мы, во-первых, перешли на «ты», если помнишь, а во-вторых, в сегодняшнем успехе есть доля и твоего участия.